И я двигался не в полную силу, а со скоростью улитки. Так что вполне могла успеть.
И это он называет скоростью улитки?! У меня даже рот округлился от возмущения. Но времени предаваться эмоциям не было.
– Встать! – рыкнул Елисей, отдалившись от меня на несколько метров.
Я быстро вскочила. И в этот раз, не дожидаясь последующего окрика, сразу поставила «воздушный щит». Новый удар, хоть и не удалось блокировать, щит помог выдержать. На земле я не оказалась. Просто покачнулась и тут же отпрыгнула в сторону.
Вот только останавливаться и хвалить меня никто и не подумал. Сразу последовал новый удар. Щит слетел, и я снова оказалась на земле.
А дальше последовал самый настоящий ад. Пожалуй, так меня не изматывали даже в первый день учебы, когда я оказалась на попечении этого садюги!
К концу тренировки я самой себе казалась куском отбивной. После последнего удара уже не смогла подняться и просто скрючилась на земле. От обиды и осознания собственной никчемности по щекам градом катились слезы.
С чего я вообще взяла, что сумею освоить эту науку?! И что все выдержу?
– Встать! – последовал резкий окрик.
Как же я ненавижу этот голос!
Попыталась пошевелиться. Но тело отозвалось такой резкой болью, что с губ сорвался жалобный стон. Не удивлюсь, если у меня пара ребер сломано. А ведь половину ударов смягчил «воздушный щит». Не хочу даже представлять, что бы было, если бы били по живому!
Елисей приблизился и сел на корточки рядом со мной. Развернул к себе и поморщился при виде моих слез.
– Кончай сопли разводить! Скоро приедет Милана, она у нас сегодня ночует. Так что приведет тебя в порядок. Сама ведь говорила, что хочешь обучаться в полную силу. Или передумала? Так еще не поздно все переиграть назад.
– Не передумала! – я быстро смахнула слезы и с вызовом уставилась на Елисея.
– Даже не попросишь обращаться с тобой помягче? – насмешливо осведомился наставник.
– Не попрошу, – сухо сказала.
Он окинул меня нечитаемым взглядом, потом поднялся и помог мне встать.
– Идти сможешь?
С трудом удерживаясь на подгибающихся ногах, попробовала сделать шаг, но тут же упала прямо в объятия Елисея. Тот вздохнул и поднял меня на руки, причем довольно бережно. Понес в дом, продолжая порой бросать непонятные задумчивые взгляды.
Когда мы добрались до моей спальни, опустил на кровать и прямо спросил:
– Вот скажи, зачем тебе это?
– Хочу уметь постоять за себя, – ответила ему.
