Но мою ложь собеседник без труда разгадает и поймет, если совру. А тогда мои мотивы трактуются однозначно. И чем мне это грозит, не хочется даже думать! Уже пожалела, что поддалась эмоциям и решила во все это ввязаться.
— Сейчас я задам вам ряд вопросов, после которых приму окончательное решение.
— Хорошо, — в горле пересохло, и я нервно сглотнула.
— Знали ли вы раньше о том, что Константин входит в нашу организацию?
— Нет.
— Что заставило вас захотеть вступить в наши ряды?
— Мне понятны ваши цели, и я согласна с тем, что законы в этом мире пора менять, — уже более уверенно сказала.
Программа-детектор мерно пульсировала, подтверждая, что я говорю правду.
— Что если вам придется предать интересы вашей бывшей семьи? Вы на это готовы?
— Они больше не моя семья. И их интересы я не разделяю. Но… — поколебавшись, добавила: — Если мне потребуется кого-то убить или совершить еще что-то в том же роде, я вряд ли смогу.
— От вас никто этого и не потребует, — чуть мягче сказал собеседник. — Каждый помогает организации в меру своих сил.
И на крайние меры мы идем всегда неохотно. Только вот, к сожалению, того же нельзя сказать о наших противниках. Что вы испытываете по поводу того, что вас изгнали из рода?
— Я не считаю это справедливым, — подумав, произнесла. — Обиду, неодобрение.
— Хорошо. Если бы вам представился шанс все вернуть, вы бы предали интересы «Равного мира» ради этого?
— Нет, — уверенно сказала. — Кроме того, мне уже такой шанс предоставляли. Я отказалась.
Даже не сразу поняла, почему собеседник так надолго замолк.
Ведь я же сказала правду, и он это видит. Так в чем дело?
— Кто именно и что вам предлагал? — раздался холодный голос, а я вдруг осознала, что что-то пошло не так. Но пока понять не могла, в чем дело.
— Анатолий Бакеев, — назвать его отцом я побоялась. Вдруг детектор воспримет это ложью. — Он предлагал мне вернуться в семью.
Снова воцарилась тишина. Меня буквально пронизывали взглядом, и даже не видя глаз собеседника, я это чувствовала.
— Как вам могли такое предлагать? — наконец, спросил равномирец.
— Или имеете в виду, что предложил устроить в одну из родовых компаний?
— Нет, — внезапно севшим голосом проговорила. — Я должна была занять прежнее положение.
Похоже, начинаю догадываться, в чем причина. О моем проснувшемся даре они так и не узнали. Значит, информация никуда не ушла дальше главврача, Быстровой, Порицких и Бакеевых.
— Объясните, — потребовал собеседник.
— Когда я была в больнице, у меня пробудился дар.
