Ощутив, как в том месте начало немного пощипывать, с трудом удержалась от того, чтобы не отпрянуть. Широко открытыми глазами смотрела на женщину, запоздало вспомнив, что раз в этом мире есть магия, то наверняка и лечить могут необычными методами. А что если Надежда поймет, что я дурака валяю, да и вообще не та, за кого себя выдаю?! Что тогда будет? Запрут где-то в лаборатории и разберут на опыты или еще что похлеще сделают за то, что самовольно заняла чужое тело? Сердце колотилось как бешеное, и мне с трудом удавалось скрыть волнение.
— Странно, не вижу каких-то повреждений в мозге, — произнесла, наконец, доктор, отлепляясь от меня. — Хотя вы и пережили клиническую смерть, а это иногда приводит к негативным последствиям. Но в вашей ситуации все системы организма работают нормально. Впрочем, проблема может быть и психологическая, — она задумчиво закусила губу, потом осторожно сказала, перейдя с официального тона на неформальный и более задушевный: — После того, что тебе пришлось пережить, девочка, это и неудивительно, что не хочешь вспоминать.
— А что мне пришлось пережить? — глухо спросила, ощущая, как по спине пробежал неприятный холодок.
— Ты и правда ничего не помнишь? — она прищурилась, всматриваясь в мое лицо.
Но тут и врать не пришлось. О жизни этой девушки я не то, что ничего не помнила, но и не знала!
— Не помню. Расскажете? Я просто не знаю, к кому еще могу с этим обратиться, — тихо добавила.
Доктор как-то совсем уж по-матерински погладила меня по голове и вздохнула:
— Мне трудно представить, как можно так поступить с собственным ребенком.
Благодарение Артану, и не пришлось узнавать. Моя дочь родилась с даром, и никто не может запретить мне считать ее своей. Хотя, думаю, и в ином случае я бы не смогла ее бросить, пусть даже официально уже не считалась бы ее матерью.
Что за бред?! Я расширенными глазами уставилась на женщину, не представляя, о чем она вообще говорит. Видя это, доктор, похоже, окончательно уверилась, что я не лгу, говоря о том, что ничего не помню.
Придвинув к моей кровати стул, она поудобнее устроилась на нем и приступила к тяжелому разговору, не сводя с меня какого-то жалостливо-сочувственного взгляда.
— Твое имя при рождении было Елена Бакеева.
Она подождала реакции, но я смотрела все с тем же недоумением. Разумеется, мне это имя ни о чем не говорило."
"— Те самые Бакеевы, — вскинула брови доктор. — Неужели и этого не помнишь?
Она взяла пульт и провела пальцем по эмблеме на нем.
— Это одна из их разработок.
