А из-за выпитого мир вокруг кружился, словно в карусели.
Чувствуя, что начинает отключаться, Лена все же поднялась и начала вылезать из ванной. И тут накатил такой приступ головокружения, что тело отказалось повиноваться. Лена попыталась удержаться от падения, ухватившись за что-то. Послышался звон бьющегося стекла и возникла резкая боль в руке. Ударившись головой о бортик ванной, Лена мутнеющим взглядом уставилась на хлещущую из руки кровь. Видимо, оказалась пробита артерия. Потом сознание отключилось.
Последней мыслью было: а может, и к лучшему?
Когда некоторое время спустя она вынырнула из беспамятства, увидела над собой перекошенное лицо Кирилла.
"
"Проклятье! Только не это! Ну почему он вернулся?! Она протестующе застонала, не желая, чтобы ее спасали. Кирилл порывисто прижал к себе и взволнованно затараторил:
— Я уже вызвал скорую, слышишь?! Кровь остановил. Тебя обязательно спасут!.. Ну вот как ты так умудрилась, глупая?! — встретившись с ней взглядом, смущенно добавил: — Прости меня… Я бы никогда на самом деле так с тобой не поступил.
Вскоре после того, как ушел от тебя, пожалел о своих словах. Решил вернуться… Ты все не открывала, и я встревожился. Боялся, что ты что-то с собой сделала. Выбил дверь… Ты только выживи, и все у нас будет хорошо!
У нас?! Хорошо? Эмоция протеста отняла последние крохи сил, и Лена снова погрузилась в беспамятство. Единственное, о чем она мечтала — умереть до того, как появятся врачи.
Чужие воспоминания развеялись, и я мотнула головой. Ощущения были такими реальными, что казалось — это я сама пережила те страшные минуты.
Лена настолько не хотела возвращаться, что ее воля оказалась сильнее. И в теле, которое реанимировали, место ее души заняла другая. А я теперь попросту обязана сделать так, чтобы те, из-за кого она предпочла уйти за грань, не получили желаемое! Это осознала твердо.
Стиснув зубы, уставилась на дверь, в которую входили двое мужчин и женщина. Еще не знала, как стану с ними держаться, но кое-кого ждет большой сюрприз! Странно, но эти люди чужими больше не казались.
Чувства Елены настолько переплелись с моими, что я теперь воспринимала все иначе.
Единственная, кого я действительно была рада видеть — Ольга Бакеева. Очень милая и приятная женщина лет сорока с такими же, как у моего нового тела, аквамариновыми глазами. Только волосы были темно-русые. В глазах Ольги одновременно светились сочувствие, радость и надежда. Мама. Сердце дрогнуло, воспринимая эту, в сущности, чужую женщину, именно так.
