Наследница старой башни

-- Слава Вседержителю, редко, – при этих словах святой отец “перекрестился” на местный манер и продолжил: – У нас все же не бесчинный Нихартон или там еретический Арапантор, истинной веры не знающий! Да и высокородные большей частью честь свою блюдут.

-- Каким образом вносят записи в эту книгу, в книгу разводов? – герцог был краток, давая свидетелю возможность отвечать максимально полно.

-- Ежли доказана неспособность детей иметь, то считается, что Господь наш брак не благословил. Через десять лет такая пара может прийти в храм, где венчалась, и просить о разводе.

-- Святой отец, нас интересуют только разводы в случае измены,– уточнил его светлость.

-- Ежли жена верность не соблюла, и тому верные свидетельства есть, то священник исповедует и мужа, и жену. Ежли сам видит он нарушение заповедей Вседержителя, то он и решает освободить невинно пострадавшего от супружеских уз.

– Где хранятся книги, святой отец, и кто имеет к ним доступ?

– В специальной комнате хранятся под замком надежным.

– Кто имел допуск к храмовым книгам?

– Только сам отец Инкис и имел, более никому не доверял. Он ведь, упокой его Вседержитель у престола своего, – священник “перекрестился”, – очень уж человек дотошный был. Даже меня не допускал к книгам, все только сам.

Я заметила, что священник говорит об измене только среди женщин. Мужские измены в этом обществе особо не порицались, как я уже знала на собственном опыте.

Зал слушал весьма внимательно. Похоже, разводы среди высокородных были большой редкостью и скандалом.

-- Как именно, святой отец вносится запись в книгу?

-- Все книги заполняются одинаково: специальным бронзовым писалом и чернилами, которые воды не боятся. Чернила такие присылают нам из горных монастырей.

Позволив священнику закончить речь, его светлость приказал сломать печать и открыть наконец-то сундук. Затем попросил отца Сиберо лично достать книгу, где регистрируются разводы. Под любопытствующими взглядами присутствующих святой отец извлек большой, но не слишком толстый том в простом кожаном переплете.

-- Вот она, ваша светлость. Они, книги эти все размерами отличаются и перепутать невозможно.

Дальше началось совсем уже интересное.