Наследница старой башни

Это сколько же в него дров требуется?! Сейчас к огню притащили сундук, на котором и сидела Элли, болтая ножками в теплых чулках. Кто-то уже дал ей сыра и хлеба, и она по очереди откусывала от каждого куска, явно боясь усатых и бородатых мужиков значительно меньше, чем меня. Я прислушалась. Кучер, который нас сюда привез, дородный дядька с черной лохматой бородищей, приговаривал:

-- Ото и славно, барышня Элли, ото и хорошо. А вы кушайте, кушайте. Надобно, я вам еще отрежу. А вот сальца попробуйте, отличное сало, прямо пирожное!

Я сообразила, что кучера, малышка, похоже, хорошо знает.

Возможно, он возил ее вместе с отцом, и не один раз. Во всяком случае, с ним девочка осталась легко, а мы, согрев немного воды, отправились отмывать спальню.

Леста ворчала, да и Нора посматривала на меня с удивлением, но прямо возражать не осмеливались. Я ведь не просто молодая женщина, а «вдовствующая госпожа баронесса фон Розер.». Нравится мне или нет, но теперь я отвечаю за всё и всех.

Глава 13

Более-менее отмыть мы успели только одну комнату, там я и уложила Нору с Лестой, а малышка, страшно довольная, что сегодня спит не одна, юркнула в серединку.

Кровати действительно были очень большими. При желании могла поместится там еще и сама. Но я решила провести последнюю ночь в карете."

"Растопила там печурку, завернулась в плед и сквозь неплотно прикрытую дверцу смотрела, как играет огонек на маленьких полешках. Я изрядно подремала днем, и сейчас сон просто не шел.

Первый раз за все время я осталась одна.

Мне не нужно было следить за своим лицом, не нужно было опасаться, что кто-то войдет невовремя или задаст вопрос, на который я не знаю ответа…

По сути, я не знала ответа ни на один из значительных для меня вопросов. Понимала только одно: неважно, как я здесь оказалась, важно, что впереди у меня еще целая жизнь, и если я не хочу прожить ее как всего боящаяся чужачка, то мне нужно работать. Работать и узнавать правила новой жизни. Тем более, что теперь я не одна и на руках у меня ребенок.

Пусть и совершенно чужой, но раз уж за деньги я взяла на себя обязательства, нужно привыкать, что теперь девочка моя.

Немного поплакала: и от какой-то затяжной психологической усталости, и от страха, и оттого, что больше не увижу своих детей и внуков. Как-то вот все слилось в одну кучу…

Успокоилась и вытерла слезы. Теперь у меня из реальности только этот мир.

Самым удивительным для меня было то, что прислуга в замке вообще не получала денег за свою работу.