Оказалось, что по количеству денег, заработанных на извозе, они почти сравнялись, а по количеству дней за рулем разница составила целую неделю. С цифрами в руках Галина Васильевна поставила вопрос ребром: либо день я — день ты, либо езжай одна. Конечно, это была только угроза, она никогда не пошла бы на это. Дочь и мать всегда выезжали «на дело» вместе — страх перед возможным грабителем или убийцей крепко сидел в обеих. Саша долго смеялась, когда мать выступила со своим графиком. Она прекрасно поняла, что та жалеет ее, зная, в каком ритме ей приходится крутиться.
Но ее жалость не оскорбляла, было в этом что-то ужасно трогательное, как в детстве, когда малыш легко дарит свою любимую игрушку другому малышу, некрасивому, плохо одетому. Конечно, под натиском цифр Саша не устояла и дала добро. Если она может сделать матери приятное, почему не сделать? Ей ли не знать, как мать любит водить машину.
— Саша, смотри, вышел какой-то с протянутой рукой, — Галина Васильевна приосанилась. — Как он тебе?
— Отсюда вроде ничего.
Поглядеть нужно. Прямо в глаза, как ты умеешь.
— Тогда поехали? — с энтузиазмом спросила Галина Васильевна.
— Газуй!
Жигуленок медленно выехал с обочины и притормозил метрах в пяти от голосующего мужчины. При свете фар его было хорошо видно. Пока он шел к машине, женщины успели обменяться впечатлениями:
— Лицо не злое, — отметила Саша.
— Небрит, — добавила Галина Васильевна.
— Пальтишко недешевое, а вот ботиночки не по сезону.
Мужчина открыл дверцу. На женщин пахнуло алкоголем и табаком:
— О, девчонки! — расплывшись в пьяной улыбке, пробасил мужчина.
— Везет мне сегодня, черт побери!
Галина Васильевна быстро нажала на газ. Машина рванула с места и пошла юзом. Ее вынесло на встречную полосу. Оцепенев от ужаса, Саша не могла произнести ни слова. Только где-то внутри, пробиваясь наружу и не находя выхода, кричало: «Мама, мама, мама!». Галина Васильевна, как ни странно, не успела испугаться. Она умело выкручивала руль и молила Бога: «Только бы не встречная машина, только бы!.
.» Бог миловал. Меньше минуты понадобилось ей, чтобы вырулить на свою полосу. По встречной на лихой скорости промчался БМВ.
— Слава богу, пронесло! — выдохнула Саша.
— Испугалась? — выжимая газ, спросила Галина Васильевна.
— Можно подумать, ты не испугалась.
— Представь себе, нет.
— Не верю! — угрюмо произнесла дочь.
— Ты же не Станиславский, верь. Я правда не испугалась. Просто не успела.
— Тем лучше, — понемногу успокаиваясь, сказала Саша.
