* * *— Простите, — обратилась Вера к пожилой женщине, — вы случайно не знаете, где находится склад номер… — она заглянула в бумажку, — номер семнадцать?
— А вон он. — Женщина указала рукой на большой ангар, стены которого были изрисованы граффити. И оценив, что перед ней порядочные девушки, по-свойски предупредила: — Там такие рисунки неприличные нарисованы, а слова… Срам, да и только! — И перекрестилась."
"Вера и Саша подошли к ангару. Слева от двери вокруг небольшого костровища стояли три перевернутых ящика.
Звонок не работал. Вера изо всех сил стала колотить в железную дверь. В промежутках между ударами прислушивалась.
— Не исключено, что там цепочка, — вслух рассуждала Вера. — Стало быть, если он увидит нас вдвоем, нам его не достать.
— Но он же не может сидеть там вечно?
— Еще как может! Это же продовольственный склад. Сделаем так: я в любом случае отойду в сторонку, пусть он только тебя видит, а когда он откроет дверь…
— Иду, иду, — донеслось из глубины ангара.
— Тихо.
— Вера приложила палец к губам и шепотом добавила: — Ты только не стой с таким лицом, не то этот гад сразу догадается, что дело нечисто.
— Я уже тут, открываю… — Голос Геннадия потонул в металлическом скрежете отодвигаемого засова. — A-а, это вы моя милая, — глядя в щель, протянул он.
Дверь действительно была на цепочке.
— Гена, вас прямо не узнать. Что вы тут делаете?
— Сашенька, я здесь по делам фирмы.
— Но почему вы… — Саша с изумлением смотрела на него: волосы взъерошены, глаза воспалены, изо рта пахнет перегаром.
— Что с вами?
— Видите ли, Сашенька, я… нездоров. Но вы позвонили, настояли на встрече… вы хотели мне сообщить нечто важное… Я весь внимание.
Он на мгновение закрыл дверь и, сняв с цепочки, открыл вновь.
На пороге уже стояла Вера.
— Вера! Иваницкая! — Геннадий был ошарашен.
— Не ожидал меня увидеть? — Вера вошла в ангар и двинулась на Геннадия. — Адвокат! Да тебя поперли из адвокатов после того, как ты моего отца подставил! А еще его другом себя называл!
— Александра, — Геннадий отступал, но пытался обороняться, — вы мне обещали приехать одна… Это что?! Провокация?!
Саша молча шла за Верой, наблюдая, как та все дальше и дальше теснит Геннадия в глубь склада.
— Провокация! Да! А что ты вытворил с ней и ее матерью, а? Хотел нагреть их? На четыреста баксов, мерзавец!
— Ну не надо, Вера, не надо так.
— Плюс сто долларов за посредничество?
Отступать дальше было некуда.
