Наследник 2

Говорят, можно долго смотреть, как работает кто-то другой, горит огонь и течет вода, здесь же прям все вместе собралось. И люди работали, и огонь горел, да еще и вода со стен церкви текла.

— Андрей, а у тебя неплохо вышло, — похвалил меня неожиданно дед.

— Наша кровь, — тут же подключилась Старицкая.

Прохор явно что-то хотел ответить, но промолчал, лишь покосился на Марию.

Умеет дед момент чувствовать и действовать подходяще.

— Чего у вас случилось-то? — поинтересовался я.

— Пожар, — хмыкнула Мария. — Трапезная это, там готовят, но только зимой.

С утра дождь был, Дунька, поди, решила там очаг затопить и не уследила дуреха. Уж и достанется ей, — хмыкнула Мария, а после глянула на продолжающих молиться монашек. — Инокиня же клуша, — зло произнесла Мария, а после махнула рукой.

Когда огонь начал спадать, его принялись заливать и тушить, от пожарища тут же начали подниматься клубы пара.

— Пойдем поговорим, нечего тут смотреть да время тратить, — махнула рукой тетушка и по кругу начала обходить пожарище, а мы вслед за ней.

Шла она к той самой беседке, где мы с ней разговаривали.

Подходя к яблочному саду, я повернулся Прокопу и заговорил:

— Ты здесь обожди да пригляди, дабы никто не подслушал. Народу много здесь лишнего болтается.

— Исполню, — кивнул Прокоп и положил руку на рукоять сабли.

Мы же прошли к беседке, первой села Мария, а после и я. Дед же встал за моей спиной.

Тетя глянула на него и, пару секунд подумав, сказала:

— Можешь Марией Володимировной именовать, когда мы наедине, и садись уже, — скривилась она чутка.

Дед Прохор тут же сел возле меня.

— Андреюшка, а ты был прав, от такого и медведь в лесу удрать постарается, видела я, как он порядок навел, — хмыкнула она.

Дед же довольно улыбнулся от похвалы и еще больше расправил плечи.

— Здравствуй, тетушка, как ты тут? — завел я разговор.

— Жива, здорова. Только словом сильно не перекинуться, клуши сплошные, — вздохнула она. — Ты как Андрей?

— Все хорошо, советами твоими воспользовался, сшил себе кафтаны подходящие.

Вот в Москву путь держу.

— Молодец, — тепло улыбнулась она. — Все вышло, как ты и говорил. Нет больше считай Годуновых, а те, кто жив, недолго им осталось, — кровожадно улыбнулась Мария. — Ксенька нынче же в кремле. Как бы Дмитрий Иоаннович не женился на ней, — задумчиво протянула она.

— Не женится, кто она теперь, да и толку ему с той женитьбы, — протянул я. — Годуновых-то по-прежнему, поди, ненавидят.

— Верно, надеюсь, и здесь твои слова сбудутся.