Онлайн-библиотека книг
На пальцах же сверкали драгоценные перстни, да и одет он был в рубаху, а на его плечах накинут кафтан."
"Только спустя пару мгновений я спохватился, отвесил поясной поклон и заговорил:
— Здрав будь, царь батюшка, долгих лет тебе.
Распрямился, и меня тут же заключили в объятия, и довольно крепкие, на ухо же прошептали:
— Ну, здравствуй, Андрей, не чинись передо мной. Одни мы остались с тобой на всем белом свете истинные Рюриковичи из колена Калитичей. Нет у меня ныне никого родней тебя да матушки, — слова были произнесены с жаром и какой-то теплотой.
Отлипнув, Дмитрий еще раз осмотрел меня, я же отвел взор и потупил его, мне казалось, именно так надо вести себя.
— Не робей, можешь меня звать Дмитрий Иоаннович и не кланяться попусту. Пойдем присядем да поговорим. Ты мне словно младший брат, — вновь тепло произнес Дмитрий.
Я же вздрогнул, от его слов, а по телу пробежал табун мурашек.
«Вот же ж, — промелькнуло мысль. — Интересно, он просто отыгрывает роль? Или верит в то, что он истинный Дмитрий?»
Мысли я тут же попытался отогнать.
— Благодарствую, царь батюшка, — вновь произнес я и попытался поклониться, но Дмитрий удержал мне.
— Вот ты неугомонный, — рассмеялся он по-доброму. — Говорю же, не чинись, а то осерчаю. Родичи мы по отцу, да и по матери моей тоже, выходит, — усмехнулся он и провел меня к лавке, на которую усадил.
— Эх, настрадался род твой от Годуновых так же, как и я. Тетку твою в монастырь постриг, как и племянниц твоих, а после и уморил. А меня чуть не убил, благо нашлись люди верные, что спасли меня.
Мне же только оставалось кивать.
— Я рад, что ты, родич, объявился. Что живы Старицкие, ты станешь мне верным помощником, всю землю православную обустроим. Завтра я тебя люду представлю да думе. Станешь ты первым боярином, по праву крови, — поглядывая на меня, проговорил Дмитрий.
— Благодарю, Дмитрий Иоаннович, — произнес я.
— Как по-другому, князь? Мы должны помогать и поддерживать друг друга, о том кровь моя говорит, ведь мой отец, Иван Васильевич, был дружен с твоим дедом Владимиром Андреевичем, росли они вместе.
Я же закивал, не знал бы я правды от Марии да не был бы собой, точно бы поверил и явно был бы очарован Дмитрием. Вот черт языкастый, может, бог и не дал ему красоты, но вот харизмы отсыпал прилично.
— Дмитрий Иоаннович, помогу я тебе всеми силами своими не великими, — и тут же перекрестился.
