Онлайн-библиотека книг
Минут десять продолжалось избиение, и вот из дверей появились Олег с Елисеем, они за волосы тащили толстого мужика и кинули его к ногам Черныша.
У мужика все лицо было залито кровью.
— Ты, что ли, Дрочило? — спросил я, с интересом разглядывая хозяина кабака.
— Уа-а-а, — только и завывал он.
— А ну сказывай, когда тебя князь Старицкий спрашивает, — тут же пнул Елисей мужика без всякой жалости, а Олег вновь схватил его за волосы и поставил на ноги.
— Я-я-я, — хлюпая разбитыми губами, протянул мужик.
— Слушай меня сюда, Дрочило.
— Не виноват я, — тут же упал на колени Дрочила.
— Ага, как же, — зло усмехнулся я. — В общем, деньги вернуть, как и все остальное что взяли. Сверху этого еще десять рублев на излечение моих людей. Сроку тебе два дня. Куда принести, у людей спросишь, подскажут.
— Нету у меня столько, — тут же заюлил Дрочило. — Не боишься ли, князь, царского гнева? — тут же попытался припугнуть меня хозяин корчмы."
"— Ха-ха-ха, — тут же развеселился Олег, а следом за ним и остальные усмехнулись. Дрочило лишь с испугом на них покосился.
— Насмешил, — усмехнулся и я. — Ты у людей поспрашивай, кто такой князь Старицкий. Все, пшел отсюда, пес смердящий, — и я махнул рукой.
Олег тут же направился в кабак, крикнув в двери, чтобы заканчивали развлекаться.
К тому моменту, как мы отправились назад, уже начало смеркаться. Так что Прокопу и всем моим послужильцам пришлось остаться у деда.
Зато за ужином мы более подробно обсудили поездку Прокопа по моим землям и чему ему стоит уделить внимание.
С утра на подворье меня уже ждал Василий, я по привычке хотел только с ним отправиться, но, переговорив с дедом, взял еще двоих сопровождающих из его послужильцев.
Прибыв в кремль, я дождался царя, и мы пошли на заутреннюю службу, после которой направились во дворец, только не в палаты, в которых происходило заседание думы, а в иную комнату.
— Что, Андрей, готов? — весело поинтересовался у меня Дмитрий.
— К чему? — спросил я, весь напрягшись.
— Как, ты не знаешь? — наигранно удивился Дмитрий, я же помотал головой.
— К царской охоте, — улыбнулся царь.
