В моей же голове всплыла какая-то навязчивая песенка, которую я даже начал напевать:
— Как бы сильно не пытался, ты в кулак собрать узду. Как бы не сопротивлялся, одолеть нельзя судьбу. И пускай черт сеет смуту, смерть шагает по пятам. Как я точно жить не буду. Выбирать я стану сам!
Во дворе же все суетились, седлали коней. Кто-то бегал туда-сюда, а какая-то баба и вовсе голосила. Разожгли два больших костра, освещая все вокруг, а с неба крупными хлопьями падал снег, который таял в языках пламени.
Изо рта вырвалось горячее дыхание, я сделал первый шаг с крыльца на подмороженную землю.
— Илья, — заорал я, пытаясь найти его взглядом среди суеты, и тут заметил его, он подбежал ко мне.
— Всех подняли? Климко вернулся уже? — задал я вопросы.
— Я послал людей, всех должны обежать и поднять. Климко еще не вернулся, — тут же отчитался Илья. — За столом после пира пятерка спит еще, но они совсем пьяны, добудиться не смогли, — негромко добавил мой дворецкий.
— Без них обойдемся, — дернулась у меня щека от недовольства, а Илья лишь кивнул.
«Наверняка помимо этой пятерки найдётся еще кто. Да еще и снег этот чертов», — промелькнули недовольные мысли.
Я же покосился на ворота, которые были распахнуты, и возле них ошивались четверо, протирая закрывающиеся глаза, двое из них были из моих послужильцев, а двое деда. Неважно, все понесут наказание, но потом.
Через пару мгновений объявилась моя гвардия из бывших казаков. Впереди шел Федотко, что выбился у них в негласные лидеры, они по пути поправляли тегиляи и пояса с саблями и пистолями.
Вот только первыми ко мне успели дед и Агапка, которые жили в моих палатах. Я же оглянулся на крыльцо, на котором стоял, кутаясь в кафтан, Савка и оглядывался на происходящую суету.
— Андрей, случилось чего? — прогудел дед, Агапка же с интересом на меня посмотрел. Оба были одоспешены: дед в подаренный мной бахтерец, а Агапка в кольчугу.
— Да, — кивнул я. — На конюшню, что за городом, вроде как напали и коней увели. Я Климко отправил проведать.
Сейчас обернуться уже должен, — пояснил я и замер в ожидании, смотря в огонь костра.
Тем временем появлялись и остальные: Прокоп и Богдан, дядя Олег и Поздей, Микита с сыном и Василий, Елисей и Бутурлин, братья Степурины, московские жильцы и послужильцы, даже стрельцы с пушкарями появились, которых тут же отправили на охрану ворот.
Спустя еще пару минут ожиданий появился Климко, верхом на мерине, он не кричал, но махал руками, привлекая к себе внимание.
