Наследник для Деспота (СИ)

Оставалось надеяться, что она не поставила меня в чёрный список и ответит на сообщение, а не продолжит тупо игнорировать сложившуюся ситуацию.

Я тяжело вздохнула и написала ей банальное: «Привет». Кажется, истерика отпустила меня, но я точно знала, что это ненадолго. Просто пока мысли вдруг испарились, и в голове царила пустота, принимая в свои объятия тишины. Я не могла ни о чем думать — только о получении ответов на грызущие вопросы.

Сестра начала печатать, и уже скоро на экране загорелось её сообщение, выделенное синим по сравнению с другими диалогами.

Я хмыкнула. Ей на самом деле это интересно? Как и я, надеется, что беременности нет? Накачала меня чужим семенем и сбежала…

Глаза снова защипало, и я постаралась дышать глубже, избегая нервного срыва. Эмоции накатывали волнами — с ними сложно было бороться.

Сестра прочла сообщение, но не спешила мне отвечать. Она просто сидела онлайн и молчала, а потом принялась набирать и удалять сообщение.

Оправдание так себе, если честно. Я знала, что операцию следовало сделать как можно быстрее, и отдавала маме всю стипендию до последней копеечки, а ещё умудрялась подрабатывать в Макдональдсе на выходных и иногда после пар, выходя на замену. И вот теперь Лика пыталась упрекнуть меня в том, что это она позаботилась о мамином здоровье?!

Телефон, казалось, мог треснуть в руке от натиска.

Сестра снова задумалась. Она ничего не отвечала несколько минут, а потом написала: «Прости».

Это то, чего я заслужила?

Меня охватило отчаяние. Я всхлипнула и готова была снова разрыдаться, наплевав на присутствие мамы в соседней комнате, вот только вовремя вспомнила слова бабушки: «Слезами горю не поможешь». Ведь и правда: я уже никак не могла исправить эту ситуацию. Совсем никак.

Ответ в этот раз пришёл на удивление быстро.

И она вышла, о чём уведомила не сама, а её появившийся статус «Вне сети».

Слёзы всё-таки подступили к уголкам глаз, я готова была выпустить их наружу, однако услышала мамин голос с коридора:

— Ксюнька, пошли чай пить! Включаю чайник!

Я сделала глубокий вдох, унимая горечь, захлестнувшую меня, и, отперев дверь, направилась на кухню. Мне следовало взять себя в руки, пока я не решила: как быть дальше и стоит ли говорить маме правду.