Наследник для Деспота (СИ)

Вдруг появился необъяснимый страх, что он предложит одежду своей погибшей жены. Будто бы прочитав мои мысли, мужчина помрачнел. Он немного убавил музыку и повернул машину во двор.

— Я говорю о своих вещах. У меня есть длинная рубашка. Я бы не предложил тебе одежду Веры. Если честно, я давно уже собрал их в коробки… Надеялся, что если она придёт в себя, то я куплю ей всё новое и самое лучшее, но теперь уже…

— Роберт… — перебила я Деспота и положила ладонь поверх его руки, лежащей на каком-то рычаге, — для чего он предназначен я понятия не имела, но точно не для переключения скоростей, потому что машина была на автомате.

Я посмотрела на мужчину и заметила, как менялось выражение его лица. Он успокаивался. Моя поддержка помогала ему. И мне вдруг стало тепло и приятно от этой мысли.

Мы вышли на подземной парковке, поднялись на лифте на нужный этаж и вошли в квартиру, в стенах которой царила скорбь. Я поняла, что ещё до новости о смерти жены, Деспот жил в этой тьме. Вроде бы интерьер обладал светлыми тонами, но всё равно становилось немного неуютно… Наверное, эмоции Роберта пробудили негативную энергетику, которая дремала, потому я и не заметила всю эту горечь с утра… Или просто мне передалась часть его боли.

Я немного потопталась на месте, но затем пошла следом за Робертом на кухню. Мужчина включил чайник и устремил взгляд в окно. Он будто бы уходил в себя, и я должна была помочь ему не сделать этого. Проще удержать и не пустить в депрессию, чем потом вытаскивать из неё.

— Роберт, как вы с Верой познакомились? — вдруг спросила я и прикусила язык.

Вот к чему я сейчас напомнила ему об умершей жене? Я хотела извиниться, но Роберт улыбнулся.

— Мы с Верой были знакомы целую вечность, наверное… С детского сада шли рука об руку, а на первом курсе поняли, что любим друг друга. После окончания университета я принял предложение отца взять бразды правления его бизнесом в свои руки. Моим родителям захотелось пожить для себя — они купили дом в пригороде и уехали… Конечно, перед этим отец дал мне хороший урок и научил всему, что умел сам, а теперь он радуется, как хорошо я развил его бизнес.

— Оу, — только и смогла ответить я. — Ты всё ещё любишь её? Я о том, что четыре года — это серьёзный срок. Говорят ведь, что любовь живёт три года… Прости… Мне не следовало спрашивать об этом… — Я помотала головой, но Роберт снова улыбнулся.

— Тебе не следует извиняться. Если ты думаешь, что твои вопросы могут ранить меня, ты ошибаешься.