Наследник для дикаря

То сжимая сильнее, от чего с губ слетает судорожный хрип, то отпуская…

– Так где украшения, Алмаз?

– Прости. Я… Я просто их забыла.

Это правда. Даже не обратила внимания, что они там есть. Так сильно нервничала, когда он меня вызвал к себе!

– Женщина? Забыла про украшения?

Марат буравит меня взглядом, не останавливая своих уверенных жадных рук. – Серьезно?

Взгляд начинает расфокусироваться. С трудом вообще понимаю, что мне говорит Марат.

Как ни пытаюсь сопротивляться, а каждое его прикосновение, вызывает во мне просто бурю.

Сумасшедшую гамму ощущений. Горячих, диких. Обжигающих ощущений, которые накрывают меня с головой. Волна за волной. С каждым разом все сильнее!

Я вся уже дрожу. Трясусь мелкой дрожью.

Протяжно стону в ответ на его вопрос.

А Марат сжимает мои соски еще сильнее.

И я сама поддаюсь ему навстречу.

Распахиваю ноги так широко, что он может взять меня в любой момент.

– Очень странно, Алмаз.

Марат вдруг отходит.

А меня будто целым ведром льда обсыпали , начиная с головы.

Так сразу холодно становится. Между ног что-то болезненно пульсирует. Соски ноют так, что я готова жалобно застонать от разочарования. От какой-то дикой. Запредельной потребности, чтобы он продолжал!

Но Марат отходит на несколько шагов.

Наливает себе в стакан темный напиток.

Медленно цедит его, не сводя с меня тяжелого, пристального взгляда.

– Тебе не интересны украшения. И их ценность. Зачем ты пришла ко мне, Алмаз? На самом деле. Если дорогие подарки не то, что тебе нужно?

Отпускать ее невыносимо.

Немыслимо.

Хрен знает, как, но она зацепила с первого удара.

Удара прямо внутрь, когда встретился с этими нереальными глазами. Затопила так, что я, впервые в жизни, как пацан, просто, на хрен, захлебнулся!

Сначала я, конечно, зацепил фигурку.

И густые волосы цвета расплавленного золота.

Тут же поймал дикий стояк. Так и увидел. Почти почувствовал.

Как наматываю эти локоны на кулак. Жестко, как привык. Как люблю. Натягиваю так, что легкие слезы выступают в этих огромных глазищах от натяжения.

Как очерчиваю рукой по крутым, охрененно округлым бедрам.

И резко врываюсь. На полную длину. На максимум. Сразу. С размаха.

Вот тогда в этих глазах заискрится настоящее море! Океан!

И губы. Просто охренительные губы!

Вторым кадром перед глазами пошли именно они.

Как они обхватывают мой тут же занывший член.

А я долблюсь. Долблюсь в самую глотку. Прямо всхлипы ее, судорожные, от того как переполнена моим членом, услышал.