Наследник для дикаря

Такая, что прекрасно слышно, как пузырится в бокалах роскошное шампанское.

Но я прекрасно понимаю. Смотрят не на меня. Это именно колье, которое светится, затмевает собой все.

Меня снова прошибает. Ударом. Мощным.

Кожа становится гусиной.

Отрываю взгляд от точки на стене, которую решила использовать, как тот самый красный маячок.

Наталкиваюсь взглядом на черные, как два угля, полыхающие глаза.

Он смотрит жадно. Отпивает из бокала шампанское, не отводя от моих своих чертовых глаз! Крылья носа раздуваются.

Меня словно ударяет в самый низ живота. Горячей лавой.

Даже грудь сжимается, а тонкая ткань платья без белья, предательски выставляет напоказ мои сжавшиеся, как от холода, соски.

Он что? Следил за мной?

Одет так же, как и в нашу первую встречу.

Другие, пришедшие на показ, в подобающей одежде. Вообще, на такие мероприятия всегда установлен строгий дрес-код. Мужчины во фраках. Женщины в роскошных вечерних платьях.

Он выделяется сразу.

Хищный. Опасный. Явно дает понять, что ему плевать на остальных. На чужое мнение и на правила. Плевать.

Все тот же черный кожаный плащ. Даже его не оставил в гардеробной.

Дорогая рубашка, но совершенно не подходящая для такого вечера! Рукава закатаны. На мощных ногах кожаные штаны. И… Странная обувь. Что-то вроде армейских сапог.

Выглядит дико. Странно.

И, наплевав на все приличия, просто раздевает меня взглядом.

С кривой ухмылкой рассматривает совершенно беззастенчиво.

Глаза хищно вспыхивают, когда он опускает взгляд на мои груди.

Он как будто проводит по ним обеими руками.

Соски напрягаются еще сильнее. Начинают покалывать. Как будто бы их сжали.

Угли черных порочных глаз скользят ниже. Почти прожигают дыру на животе. Мне даже кажется, что платье сейчас задымиться.

Медленно поднимает свои порочные глаза.

В них черная бездна. Дикий порок. Нереальный.

Как будто он меня прямо здесь. При всех. Имеет во всех возможных позах.

Поднимает бокал с остатками шампанского. И кивает мне, ухмыльнувшись так, что становится страшно.

– Эрнест. Мне что-то нехорошо, – шепчу на ухо, увлекаемая им со сцены вниз. – Может, мне лучше не присутствовать на этом приеме? Я бы сразу приступила к съемке. Это ведь несколько часов работы. А у меня голова кружится. Я вообще падаю с ног!

Эрнест наклоняется к моему уху.

Похлопывает по руке. Улыбается, но только одними глазами.