Наследник для дикаря

– Чего дергаешься? Что? Никогда не занималась этим в машине? Неужели привыкла к шелковым простыням или ваннам с шампанским?

Только всхлипываю, но Дикарь, кажется, понимает это по-своему.

– Пролетела ты с шампанским, девочка. И с ванными с густой пенкой. Надо было не играть с тем, кто сильнее тебя. Согласилась бы сразу, еще в той забегаловке… Все бы было. А так!

Он еще сильнее сжимает мой сосок.

И меня пронзает каким-то странным ощущением насквозь. От самого естества вверх по позвоночнику. Отдаваясь гулом в висках… В ушах…

Между ног все почему-то вспыхивает.

Странное. Тягучее и слишком резкое, до боли острое ощущение!

Голова плывет. Меня оглушает. Почти как от тех выстрелов в ресторане!

– Отпусти меня. Прошу, – лепечу, чувствуя, что прокусила губу до крови. Соленая жидкость наполняет рот.

– Поздно, красавица. Нежности кончились, – рычит Дикарь, глядя на меня каким-то полубезумным взглядом.

На его виске дико бьется вена. Как будто он очень напряжен…

А его руки творят невозможное! Недопустимое!

Теперь уже обе его огромных ладони обхватывают мои груди.

Сжимают и отпускают их. Пальцы сдавливают соски. То сильнее, то чуть ослабляя хватку.

Как пульс. Как странная для такого громилы ласка. Грубая, или нет. Скорее, острая. Как острый перец в блюде.

На миг наклоняется к моему лицу. Долго, внимательно всматривается расширенными зрачками. Как будто вовнутрь мне, в самую душу заглядывает…

Резко наклоняется, опаляя меня своим дыханием.

Вдруг слизывает капельки крови с моей губы.

От его резкого, с нажимом движения языка, меня опаляет жаром. А кожа наоборот. Будто инеем покрывается.

Не понимаю, что со мной творится! Трясет, как в лихорадке! То бросает в жар, то морозит!

Может, я все-таки простудилась?

Но без присутствия этого мужчины я чувствовала себя здоровой! А теперь… Теперь его много. Слишком много! Он занимает собой все пространство! Даже будто в грудь ко мне, в самую середину пролез! Иначе почему я совсем не могу дышать?

Он обхватывает всей пятерней мой затылок.

Держит крепко. Будто фиксирует.

Его лицо так и остается рядом с моим. Губы почти касаются моих…

Дикарь рвано дышит прямо в них. А его взгляд темнеет все сильнее и сильнее…

– Вкуснее шампанского, – хрипло произносит, скользя по изгибу моей талии вниз.

Дергаюсь. Тихо всхлипываю, когда его пальцы обводят резинку тонких трусиков.

Он на миг замирает. Останавливается. Снова впивается в меня взглядом.

А рука между тем забирается дальше. Под тонкое кружево.