– И да, я теперь боюсь, что что-то пойдёт не так! Знаешь сколько у меня в голове информации по этой теме?
Она откидывает в сторону цветы.
– Все будет хорошо, – убеждаю я ее, сжимая колени. – Теперь я буду решать твои проблемы. В своём формате. Но ты всегда будешь оставаться в безопасности, я обещаю. Я очень тебя люблю…
– Нет, Макс, пусти! – скидывает она мои руки и встаёт на ноги. – Я сама о себе буду заботиться. А ты уж решай свои проблемы.
– Нет, Ася, – качаю я головой, выпрямляясь в полный рост. – Твой плен будет продолжаться, пока мы не помиримся.
Пока не договоримся.
– Ты с ума сошёл? – прищуривается. – Я же заявлю на тебя в полицию.
– Ась, – глубоко вдыхаю и выдыхаю, запуская руку в карман. Не могу больше переваривать этот бред. Хочется пронзительно и просто, как она умеет. – Ты выйдешь за меня? – открываю коробочку и протягиваю на ладони вперёд. – Просто скажи «да», – прошу ее.
Ася застывает и смущается. Глаза восторженно вспыхивают и тут же падают от кольца вниз.
Она стоит, покусывая губку и ломая пальцы.
У меня внутри все вскипает и грозит превратиться в нечто очень разрушительное. «Да, скажи «да».
– Нет, – отвечает тихо. – Я в эти игры больше не играю. А попробуешь шантажировать ребёнком, спрячусь так, что никогда не найдёшь.
Я с психом отшвыриваю коробку с кольцом на пол.
– К черту! – ору, тяжело дыша. – Но учти, – понижаю интонацию голоса. – Другого «папы» у ребёнка не будет. Никогда!
Глава 38. Шашлык и прочие приятности
Ася
– Ты уверена, что тебе нужно работать? – настороженно смотрит на меня Маша.
– ОН, – она с выразительным призрением выделяет слово, – тебя же всем обеспечивает.
– Ты не понимаешь, – расставляю на полки книги из стопки по жанрам, – я привыкла надеяться только на себя. Когда тебе лет с пятнадцати ежедневно это на подкорку накручивают, – я вращаю пальцем возле виска. – Ты по-другому просто не мыслишь уже.
– Ну тебя же тошнит, – останавливает мою руку подруга. – Посмотри, вся зелёная и бледная. Ты хоть что-нибудь ела сегодня с утра.
– Крекеры, – вздыхаю тяжело и чувствую странный привкус желчи во рту при упоминании еды.
– И чай крепкий. Больше пока ничего не могу. К ужину расхожусь и поем.
Маша неодобрительно разводит руками и поправляет сумочку.
– Но тогда почему книжный магазин? Платят копейки, скукотища… Ты же могла бы переводчиком пойти куда угодно! Давай я поговорю…
– Ну языки я уже прилично подзабыла, – понимая недоумение подруги, жму плечами, – да и там, где много платят, надо много работать.
