Чего рыдать то?
– Давай, – сдаюсь я и смущенно вытираю заплаканное лицо бумажным платочком. – Походи пока по магазину только, не стой над душой. Мне ещё отчёты за день нужно сформировать.
– А почему ты одна работаешь? – спрашивает Макс, действительно отходя к полкам.
– Вообще, нас трое и хозяйка, – отвечаю ему. – Кстати, она такая прикольная дама. Это подруга Тамары Тимофеевны. В девяностых здесь закрыли маленькую типографию и выдали зарплату учителям долевой собственностью. Уж не знаю откуда у неё были деньги выкупить доли коллег, но она стала единоличной владелицей первого этажа и категорически отказалась продавать его, когда предлагали.
Теперь живет с аренды, а магазин этот для души содержит.
– Какая предприимчивая дама, – хмыкает Макс, и в следующую секунду мы с ним синхронно оборачиваемся на звук дверного колокольчика.
– Добрый вечер, – в магазин заходит Захар и настороженно обводит глазами нас с Царицыным.
Прокашливается.
И я на мгновение прикрываю глаза.
Маша, твою бабушку!
– Маша сказала, что у тебя проблемы с машиной, – неуверенно говорит мужчина. – И просила подвезти тебя домой. У меня здесь офис недалеко, – добавляет, словно оправдываясь и поглядывая на Царицына.
Я перевожу глаза с Захара на Макса и понимаю, что второго сейчас порвёт на клочки от злости.
– Прости, пожалуйста, – говорю Захару поспешно. – Но Маша ошиблась. За мной уже приехали."
"– Хм… – он засовывает руки в карманы пальто и коротко кивает.
– Вижу. Тогда я поеду…
– Большое спасибо тебе за беспокойство, – улыбаюсь ему тёплой улыбкой.
Захар выходит из магазина, и Царицын тоже срывается в сторону выхода.
– Пойду покурю, – говорит возбужденно. – А ты тут пока заканчивай…
– Макс, не смей его трогать! – вскрикиваю ему в след, уже чувствуя назревающий конфликт.
– Я осторожно, – хмыкает Макс. – Сказал же, что просто покурю.
Колокольчик звякает. Дверь закрывается за его спиной.
Какие границы? Какая личная жизнь? Сомневаюсь, что Царицын вообще понимает эти слова правильно.
Кое-как свожу таблицы продаж в программе и стараюсь не сильно вступать в диалог с совестью, которая кричит о том, что я снова в одном шаге, от того, чтобы пасть под напором Макса.
Теперь уже официально так соблазнительно разведённого.
Собираю букет цветов с витрины и делаю глубокий вдох, зарываясь носом в нежные бутоны.
Удивительно, но меня от них НЕ ТОШНИТ!
Глава 39.
