– Если ты ещё раз так пошутишь, – хмурится уже почти Царицына. – Я не знаю, что с тобой сделаю!
– Поцелуешь, – говорю уверенно и сам прижимаюсь к ее губам. – Люблю тебя, – шепчу. – Жена.
– И я, – выдыхает она. – Только больше не уезжай.
– Ещё раз вам напоминаю, что я адвокат, а не водитель, – с покашливаниям прерывает нас Андрей. – К тому же мне обещали обед.
– Признай, что ты просто завидуешь, – толкаю его локтем в бок, когда мы с ним равняемся в дверях аэропорта.
– Я этого и не отрицаю, – отвечает он серьезно.
«Вот же засранец!» – Подкипает у меня.
Я сажаю Асю в машину и снова сталкиваюсь с Андреем возле багажника.
– Но чтобы ты понимал, на сколько у меня нет шансов, – ухмыляется он, – я тебе открою секрет. У Гордеевой кроме тебя не было ни одного мужика.
– А ты? – я моментально накаляюсь от поднятой темы и почти близок к тому, чтобы послать приятеля к черту, несмотря на все его заслуги, и взять такси.
– И меня не было, – с улыбкой качает головой он. – Так что не вздумай больше накосячить.
– Не надейся, – шиплю предостерегающе ему и падаю на заднее сидение рядом со своей женщиной.
Запускаю руку ей под пальто и кладу на живот.
– Как у него дела? – скольжу пальцами по коже между границами свитера и штанов.
– Надеюсь, что хорошо, – мурлычет мне в шею Ася. – После завтра узнаем. Макс, а кого ты хочешь?
– Я много хочу, – стискиваю в руках ее талию и прижимаюсь губами к виску. – Поэтому, совершенно не важно, кто будет первым.
Глава 47. Подвиги
Макс
– … Суд постановил: приговорить Айзенковского Федора Петровича к пяти годам лишения свободы и штрафу в один миллион рублей, – зачитывает приговор судья.
По залу прокатываются вполне себе удовлетворённый ропот.
Сегодня защиту старому мошеннику обеспечивает только нанятый адвокат, который работает очень вяленько и быстро сливается, увидев в зале такое количество влиятельных людей по другую строну баррикад. Все-таки спасение Айзенковского не стоит потери карьеры. Самое интересное, что отец Нелли топит своего бывшего партнёра за десятерых, вскрывая все новые и новые факты мошенничества и рискуя сменить статус свидетеля на статус соучастника.
Попрощавшись с коллегами и знакомыми, я выхожу из зала суда и останавливаюсь на ступеньках, чтобы перехватить Козловского. Хочется поддержать парня. Хоть его никто и не обязывал свидетельствовать против отца, он все равно пришёл.
– Эй, – машу ему рукой и подхожу ближе. – Ты как?
Кладу ладонь на плечо и сжимаю."
"– Да нормально, – ухмыляется он.
