"
"— Так боишься собственных желаний, что хочешь отгородиться от меня любым способом? Ты не понимаешь, что это смешно?
— Не вижу ничего смешного! — вскипела я, злясь на то, что он говорит о каких-то там желаниях, когда я рассуждаю об уважении и вежливом обращении со мной. — При чем тут вообще желания? Я совсем о другом говорю.
— Разве? Ты будешь мне женой не только на бумаге, так привыкай к послушанию и покорности в постели. И если я захочу извращений, то ты тоже будешь вынуждена захотеть. И поверь, получишь удовольствие, — он улыбнулся плотоядно, а моя дрожь усилилась.
— Что послужило причиной того, что тебе так важно доминировать и делать женщин рабынями? Или это только мне не повезло? А может, ты самоутверждаешься за счет унижения женщин? — Моя злость набирала обороты, вся она вышла на поверхность и пузырилась, заставляя меня сжимать кулаки и дрожащим голосом кидать смелые фразы.
— Полегче, Есения, — пригрозил мне Булацкий, наступая на меня твердым шагом. Но я заставила себя стоять на месте и не двигаться, чтобы показать решимость отстаивать свою позицию.
— Я уже просил думать над своими словами. Не вижу смысла в твоих претензиях. Кажется, ты была не против. Кроме последнего раза. Но я понимаю, ты беременна, шалят гормоны, токсикоз, устала, нервы. И все же повторюсь: у меня есть желания и я не буду удовлетворять их на стороне. Когда ты перестанешь себя обманывать и позволишь себе быть свободной в сексе, поймешь, что никто тебя не принуждает.
— А что насчет моих желаний? — зло прищурилась я. — Например, желания, чтобы меня уважали?
— Что конкретно я должен сделать? Дать тебе время? Не трогать тебя? Сколько? — рассердился Булацкий, гнев сочился из его черных глаз, изливаясь на меня потоком. — Поухаживать за тобой? Может, цветов и подарков тебе не хватает? Говори.
— «Никогда»? Такой вариант подойдет? Мне не нужны цветы и подарки. Ничего не нужно. Я жалею тысячу раз, что вообще узнала тебя! Слышишь? — Слезы все же брызнули из глаз, я унижала себя, плача перед этим монстром в человеческом обличье, но мне никогда не приходилось так рьяно защищать свои честь и достоинство.
— Ты просто не понимаешь, чего хочешь, Есения. Борешься против самой себя. Пожалуй, я покажу тебе кое-что. Возможно, это станет для тебя доказательством того, что ты зря треплешь нам обоим нервы, в то время как можно заняться чем-то гораздо более приятным. Пошли.
Глава 18.
