– Женя… Я понимаю. Ты сделал для нас с Раей так много… Ты нас практически спас! Решил ее судьбу! Но… Пожалуйста. Не требуй от меня за это то, на что я не была согласна…
– Ты не согласна?
Даже не понимаю, как резко он меня переворачивает.
Один миг, и я оказываюсь на столе. Лежа спиной.
Солодов нависает сверху.
Его полотенце, как тряпка, отлетает на пол. Куда-то далеко.
Пожирает меня глазами.
Сжимает мое тело, вклиниваясь между бедер своими.
Смотрит… Так странно. Судорожно сглатывает, проводя диким взглядом по моему лицу.
– Не согласна? Сладкая? Быть? Моей?
– Пожалуйста…
Шепчу, чувствуя на губах его жадное, рваное дыхание.
– Не принуждай….
– Хорошо.
Его кадык дергается. По лицу проносится странная судорога.
– Я не стану тебя ни к чему принуждать.
А рука наоборот. Действует в полном противоречии с его словами. Жадно сжимает мое бедро.
И мне становится страшно от его совсем потемневших глаз….
– Не стану. Можешь перестать дрожать, как заяц, Татьяна. Наш с тобой договор остается прежним.
Если ребенок мой, ты его рожаешь. Подписываешь документы и отправляешься на все четыре стороны. С достойной оплатой. Ничего требовать сверх этого я от тебя не стану.
– Спасибо, – еле выдыхаю, чувствуя, как все тело колотит нервная дрожь.
Я ведь и правда испугалась.
Его дикого напора.
Того, что сейчас выставит другие условия. Скажет, что за Раю я должна… Ублажать его, как ему захочется.
Но он оказался человеком.
Даже не верится!
– Давай ужинать, – на его лице мелькает что-то совершенно нечитаемое.
Но она тут же застывает в непробиваемую маску миллиардера.
Такого, каким его видят все. Каким и я его видела. По телевизору. И тогда. В нашу первую встречу.
Ничего не понять. Не прочесть. Оно высечено из камня. Просто чистый лед!
– Садись за стол, Татьяна. Я не привык ужинать в одиночестве.
Глава 15
Евгений.
Любую другую давно бы уже взял и не думал.
Распирает всего.
Такого наваждения у меня ни с одной еще не было!
Сладкая… Такая сладкая, что просто башню сносит! Ласкал бы и ласкал.
Выбивал бы из нее все новые стоны!
Плюнул бы на ее странное сопротивление.
Для приличия, или из-за какой-то странной ложной скромности?
Тогда, в отеле, в номере моем, ничего не стеснялась!
Ничего от меня не прятала. Ни единого сантиметра своего тела!
Везде успел побывать. Где губами, а где и пальцами! Всю ее видел. Распахнутую. Каждую черточку!
И ведь дрожала. Стонала.
