Помоги девушке выйти из машины, — пауза и взгляд глаза в глаза, словно щелчок хлыста, — аккуратно.
Отдает приказ и ступает в сторону трапа."
"Завидев Шахова, стюардесса вытягивается в струнку, улыбка становится неестественно широкой, а грудь выпячивается. Красивая. Ослепительная блондинка буквально излучает счастье от одного взгляда на Аслана и мне почему-то становится неприятно.
Словно укол в сердце чувствую. Странно. Не могу я ревновать Шаха. Я вообще-то его боюсь до чертиков и вообще он преступник, похититель!
Проем заслоняет мужчина.
И я вспоминаю его. Тот самый. Страшный. Огромный. С бородой, из-под которой выглядывает шрам.
Тот самый главный в охране Шахова. Я в «Элите» его видела, когда сбегала.
Сейчас этот бугай выглядит крайне недовольным. Сканирует меня непроницаемым взглядом и, наконец, басит с акцентом:
— Девочка, сделай мне одолжение. Просто выйди из этой тачки и иди за Шахом.
Дергаюсь от него в сторону в страхе и уже не тайком, а вполне себе открыто тащу за стальную ручку двери, слышу холостые хлопки.
Заперто.
Мужчина тяжко вздыхает, закатывает глаза, и я вижу, как его туловище проникает в салон, хватает меня за руку и тащит.
Отбиваюсь. Кричу. Бьюсь. Но огромная скала просто берет меня в тиски. Держит за предплечья.
В какой-то момент понимаю, что он не отвечает на мои удары, не двигается даже. Молча сносит все. Не вредит. Не причиняет боли.
Как по щелчку проходит первая реакция и я смотрю в лицо мужчины. Холодный. Собранный. В нем чувствуется военная выправка.
— Неужели вы не понимаете, что здесь происходит? Я ведь ни в чем не виновата! Это все ошибка. Все пошло наперекосяк еще в «Элите». Я не приходила к нему, чтобы он… я… я вообще там уборщицей подрабатывала, — слезы застилают глаза и опять текут по щекам, мужчина хмурится, — вы понимаете?!
— Я все это знаю. И Шах знает. Поэтому и мягок с тобой.
— Мягок?! — вскрикиваю. — Вы это называете “мягок”?
Улыбается. Страшный. И этот акцент, но улыбка у него теплая.
— Поверь мне. Ты не хочешь узнать, каким жестоким Шах может быть.
Так что будь хорошей девочкой и не усложняй себе жизнь, Полина. Ты войдешь в этот самолет. Тебе выбирать, быть пленницей Шаха или его гостьей. Разница есть. Ты вроде неглупая. А теперь хватит разговоров. Выходи.
Отпускает мои руки и туша вылезает из машины. Стоит и смотрит на меня. Выжидает. А я смотрю на страшного сподручного Аслана, на мужчин с оружием, которые стоят возле самолета, и понимаю, что это другой мир. Здесь иные законы.
