Весь в белом, поверх кандуры накинут золотой бишт, что явно дает понять, кто именно приехал за своей невестой.
Я смотрю на Аяза, и у меня сердце будто останавливается, ноги подкашиваются, и я сильнее хватаюсь за маму, чтобы не упасть. Кажется, что сердце из груди сейчас выскочит, а в это время шейх останавливается перед Каролиной, которая смиренно опустила голову и ждет.
Шейх протягивает руку, и один из тех мужчин, которые следуют за ним по пятам, отдает ему белоснежную коробку.
Шейх распахивает ее и надевает на невесту колье, усыпанное бриллиантами и сапфирами…
Под цвет глаз Каролины… неужели запомнил, какие у меня глаза?!
Глупая мысль. Это просто традиция. При этом шейх даже не прикасается к будущей жене, поворачивается к отцу, произносит традиционное приветствие, получает традиционный ответ, но, в отличие от шейха, отец голову склоняет.
Невеста смиренно идет за женихом, но садится в другой автомобиль.
Кортеж движется в сторону дворца шейха Аяза бен Назира аль Макадума…
Мы садимся в кортеж, который едет по всему городу. Народ ликует, размахивает флагами и приветствует проезжающего шейха и его будущую жену.
Все это наверняка будет в СМИ, так как освещается журналистами, ведется сьемка с коптера… а до меня наконец доходит масштаб того звездеца, в который мы с сестрой вляпались…
Я стараюсь успокоиться, понимаю, что торжество действительно с размахом, все же свадьба шейха, но когда мы подъезжаем к дворцу Макадума… осознаю, что назад дороги нет, наблюдая за тем, как в свете заката величавое строение будто окрашивается в золотисто-алый…
Огромная территория распахивает перед нами свои врата, и я вижу роскошные сады, где в глубине возвышается огромный дворец Макадумов.
Этот дворец с белоснежными куполами, расписанный золотой вязью на стенах, со множеством резных арок вышел из самой настоящей сказки.
— Дочка… как же красиво… — выдыхает мама, а я вновь отвечаю коротко.
— Очень…
Машины останавливаются, и мы выходим. Идем по мозаичной площади, где стоят множество музыкантов, которые встречают шейха и его невесту со всеми почестями.
Ощущение праздника, самой настоящей восточной сказки все нарастает, только я знаю, что ничего волшебного здесь нет.
