Ведь старшая жена шейха хочет видеть вас…
— Кто?!
Все-таки не удерживаю язык за зубами, и вопрос слетает с губ.
— Шейха Мозина. Старшая жена шейха.
Шок. Неверие. Непонимание. Я смотрю на девушку, и меня начинает потряхивать. Больно становится… просто нестерпимо больно…
Неужели у Аяза есть жена?! Старшая. Первая. Неважно.
Моя мать не приняла таких законов. Не смогла. Из-за этого мы с ней и уехали, а тут…
При одной мысли, что у Аяза есть другая…
В груди начинает печь. Болеть нестерпимо просто…
Мне нельзя испытывать к этому мужчине хоть что-то.
Нельзя. Я понимаю это. Осознаю, но…
Не знаю, почему сама делаю шаг вперед к девушке и заглядываю в ее глаза.
— Старшая жена Аяза?
Задаю вопрос, на который у меня нет права, возможно, я сейчас подставляю Каролину, но… поделать ничего не могу.
Девушка-прислужница на мгновение округляет рот так забавно, словно удивляется моему вопросу.
— Нет… госпожа, — наконец отвечает, улыбнувшись, — шейха Мозина — мачеха шейха Аяза аль-Макадума, жена великого шейха Назира.
По мере того как девушка отвечает, я улыбаться начинаю. Ее ответ будто тучи развеивает, которые скопились над моей головой.
— Разве вы не знаете?! У шейха Аяза нет других жен, помимо вас, — вновь улыбается девушка и на меня смотрит, но вместо того, чтобы подарить мне радость, ответ ввергает в уныние.
Потому что не я его жена, а Каролина…
А мне… мне бы поскорее бежать отсюда. Только нет возможности связаться с сестрой и хоть как-то спланировать возврат наших жизней друг другу.
Каролина была уверена, что вновь займет место жены шейха после того, как я справлюсь с ролью, которую она отвела для меня, а сейчас… я не знаю… все ли идет по ее плану, может, Аяз решил переиграть все на свой лад и сейчас сестра убивается… а еще… я не знаю, что происходит дома, ведь мама способна понять, что мы обманули, и как она воспримет всю эту ситуацию?!
Пока я погружаюсь в круговорот мыслей, прислужница отходит к дверям.
— Чуть позже вас приведут в порядок, госпожа. Пока отдыхайте…
Кланяется и выходит, а я иду к кровати и буквально валюсь на нее.
А сама слова матери вспоминаю:
«Никогда не лги, Мелина. Ложь похожа на лавину. Достаточно одного сброшенного с вершины горы снежка, чтобы он покатился и превратился в огромный ком, который способен подгрести все под себя…»
Что же мне делать, мамочка?
Задаюсь вопросом, и горькие слезы начинают ползти по щекам. Я не знаю, что мне делать. Не знаю, как быть и как спастись от тех чувств, которые вспыхивают в моей груди.
