Наследник для врага

— Можно посмотреть сейчас?

— После того, как ты плакала? Ни за что. Сначала успокоишься, потом поднимем настроение. Может, через пару дней. Я не позволю тебе волноваться из-за таких пустяков.

— Разве твоя месть — пустяк?

— Нет. Но она не касается тебя. И сейчас точно не в приоритете. Самое главное для меня — это твоя безопасность.

Это не признание в любви, конечно.

Но сейчас звучит для меня именно так.

И даже больше, глубже. Намного важнее глупых признаний и слов.

Глава 24. Соня

Ян крепко сжимает мою ладонь, притягивает к себе.

Удивительное сочетание. Иногда он может быть мягким, а иногда сталь, никак не сдвинешь. Осталось только принять правила. А ещё бы научиться понимать, когда можно давить и получить желаемое.

— А прогуляться можно? Или это опасно? — спрашиваю спустя несколько минут. Подруга улетает, не попрощавшись. Просто бежит прочь, и у меня сердце сжимается.

— Припугнул просто. Так как тебя, защитницы, не было — она быстро всё рассказала. Не думай об этом, золотко. Гулять я бы не рискнул. Мы все ещё в состоянии войны.

— Ладно.

Вздыхаю, отстраняясь. Запах мужчины кружит голову, мне нужно думать. Конечно, то, что Катя рассказала, не уменьшает угрозы. Мой отец где-то там, замышляет что-то.

И я не представляю, что мне именно нужно делать. И как это всё может закончится, кто бы никто не пострадал. Но кто-то проиграет.

А я проиграю в любом случае.

— Не хмурься, Сонь, — его пальцы проходят по подбородку, гладят шею. Мурашки бунтуют, несутся по коже. — Что-то придумаем и сделаем, ладно? Сейчас просто не лучший момент.

— Я понимаю. Просто устала сидеть дома. А когда мы вернемся в тот комплекс? Там хоть прогуляться можно было… Мне, между прочим, нужен свежий воздух. И в больницу тоже нужно.

— Тебе плохо?

Ян с силой сжимает мои плечи, обеспокоенно рассматривает. Удивительно, как быстро меняется его настроение.

Его взгляд сканирует мое тело, ладонь спускается к моему животу. Малыш шевелится, словно почувствовав близость папы. Прикрываю глаза от этого теплого касания, умиротворения.

Чтобы не творил Ян, за малыша он будет бороться, защитит любой ценой. Лишь хочется узнать, попадаю ли под его защиту я сама. Вне ребенка, как отдельная личность.