Наследник для жестокого

Он касался меня, ласкал плечи, бедра, соски… Целовал грудь, губы и шею. От воспоминаний стало горячо между бёдер, сладко стало тянуть. Я бы хотела сейчас повторить этот слишком горячий душ с Гором…

После душа насухо вытерлась и надела на голое тело его рубашку. Ткань задевала соски, снова напоминая мне о моих желаниях… Как бы мне хотелось уже, чтобы мой Гор вернулся ко мне. Он жив. Я где-то в глубине души в это хотела верить, и я с радостью приняла новость о том, что он живой. Он не умер. Когда увидела его в доме Самира — испугалась, но уже в больнице испытала огромное счастье и облегчение.

Главное, чтобы он не подумал ничего плохого обо мне из-за Самира. Ведь сцена, которую он застал, была просто отвратительной, но в том нет моей вины, и я это ему докажу.

Следующий день прошёл тоже в воспоминаниях. Мне словно было легче жить в прошлом, где я была не одна, со мной был мой Гор. Когда я сидела на диване в гостиной и бесцельно щёлкала пультом телевизора, услышала шум на территории. Въехала машина. Особенного внимания не обратила, решив, что приехал Макс.

И оказалась права — через минуту высокий крепкий парень вошёл в холл.

— Привет, — поздоровался он со мной. — А у меня сюрприз. Заходи.

Следом за Максом в холл вошла Зарема.

— О боже! — подскочила я на месте, запуталась в пледе, но, быстро справившись с ним, побежала к сестре. — Милая!

Повисла на ее шее, крепко прижав к себе родное тело. Она прижалась ко мне в ответ.

— Ясминка, — шептала она мне на ухо. — Как я рада… Там так плохо было… Спасибо тебе, что вытащила.

— Это не я, — покачала я головой, вытирая бурный поток слёз пальцами. — Это всё Горский.

— Знаю, — улыбнулась она мне. — Мне Макс всё рассказал. Но раз он твой муж, то можно сказать, что помогла мне и ты.

— Пойдём, — выпустила я ее из объятий и, взяв за руку, потянула в кухню. — Нечего стоять на пороге. Сначала я тебя покормлю. Точнее, вас.

— От этого не откажусь, — голос сестры заметно повеселел.

— Макс, идем с нами, — позвала я и охранника.

Может, это и неправильно, но за эти дни он стал единственным другом, тем, кому можно доверять.

А еще Макс — ниточка между мной и Гором, и я могла бы часами расспрашивать его о муже, если бы он не убегал так быстро.

— Да я… Неудобно, — замялся парень.

— Неудобно штаны надевать через голову, — ответила я. — Пошли, говорю.

Всё же послушал и пошёл следом за нами, и выпил чаю. Я накормила Зарему, отправила её в ванну с пеной, а потом, укутав в теплый халат, уложила ее в свою постель.