Наследник для жестокого

Если он выполнит это обещание и всё время меня будет держать здесь как в тюрьме, я сойду с ума. Зачем он бьёт так больно? По самому дорогому. Наверное, стоило промолчать о той правде, которую сегодня я узнала. Но я не смогла. Я не игрушка. У меня есть гордость. Больше ничего и не осталось, но с чувством, что я его подстилка, пусть и в статусе жены, я не смирилась по-прежнему.

— Что так смотришь ненавидящим взглядом? — заломил он бровь.

Он играет со мной. Для него всё игра. И люди — игра, женитьба — игра, и вообще вся жизнь.

— У тебя есть способы меня уговорить, — ладонью он развернул моё лицо к себе. Тёмные глаза остановились на моих губах. — Порадуешь меня сегодня ночью своим язычком — и до конца: проглотишь, и я позволю тебе ещё одну встречу с Заремой.

Он со мной даже говорить больше ни о чем не хочет. Только секс. Один секс. Исключительно секс.

— Не буду, — ответила я негромко.

— Нет? — переспросил он.

— Нет.

— Даже ради Заремы?

— Ни ради кого, — отвела я его руку от себя и отступила на шаг.

Наверное, если бы взглядом можно бы было убить — сегодня бы Гор умер. Столько эмоций собралось, что я не могла больше держать себя в руках. Я дошла до точки кипения. Мне стало всё равно, что он сделает потом, но я больше не позволю ему прикоснуться к себе. — Хватит меня шантажировать сестрой. Я больше не буду с тобой спать.

— Да? — свёл он брови вместе. Он злился за отказ, я это явственно ощущала. — Серьёзно? Я все ещё могу её вернуть обратно. Машина уехала недалеко. Останется Зарема, она у тебя красивая тоже, а ты поедешь домой.

Он опять загоняет меня в угол. За себя я не боюсь, но за Зарему… Самир её не защитит, уже понятно. Как и папа. Но я так больше не могу. Я бы очень хотела защитить сестру, но я не могу подчиняться словно рабыня тому, кто разрушил мою жизнь.

Хотела пройти мимо него в ванную, чтобы там попытаться успокоиться и не наломать дров — хотя бы ради сестры, но он не позволил. Ухватил за запястье и рванул на себя, впечатав меня в свою грудь.

— Ты меня разозлила, Ясмин, — сказал он, насильно поднимая мой подбородок и заставляя смотреть на него. — Придётся тебе снова извиняться и помогать мне остыть.

— Нет, — упёрлась я в него руками, изо всех сил пытаясь освободиться. — Я не хочу с тобой спать!

— Я сделаю так, что захочешь, — сказал он мне на ухо. — Ты ведь уже не раз со мной кончала, правда? Значит, тебе было хорошо. И сегодня тоже будет.

Не дал отвернуться. Снова стал истязать мои губы.