Я лишь недавно узнал о том, что являюсь княжеским наследником, мне надо свыкнуться со своей новой ролью, заняться сопутствующими делами. Поэтом до своего двадцатилетия я даже не рассматриваю никакие предложения.
Краем глаза я заметил, как посмотрел на меня Николай. Похоже, он был недоволен сказанным. Но Ростислав Васильевич не смутился.
— Разумеется, — кивнул он. — Я же и не настаиваю на сиюминутном ответе. Такие вопросы сразу не решаются. Подумайте, обсудите с семьёй, с вашими братом и дядей. Но и затягивать не стоит, — Ростислав Васильевич пристально уставился на меня.
— На руку княжны есть и другие претенденты. Но мне почему-то кажется, что именно вы с ней станете хорошей парой. Чутьё знаете ли, подсказывает.
Мне не понравился его тон. Слишком он был настойчивый. Ростислав Васильевич не сказал это прямо, но чувствовалось, что он отказ принимать не собирается.
Гости ушли в десятом часу. Дядя Гена тоже собрался ехать домой в Новгород. Мы с ним и Николаем вышли на крыльцо, возле которого уже поджидал лимузин.
— Интересные вещи нам предлагает наследник, — произнёс дядя Гена немного озадаченным тоном. — Что-то слишком резко Борецкие гнев на милость сменили.
— Поняли свою ошибку? — предположил Николай.
— Мне, если честно, тоже это всё не нравится, — сказал я. — Что скажет Василий, когда очнётся?
— Ну, судя по тому, как уверенно Ростислав взял бразды правления в свои руки, шансов у Василия Степановича немного, — рассудил дядя Гена. — Ты, Артём, кстати, правильно сделал, что отложил решение данного вопроса да двадцатилетия.
Нам нужно время. Хотя предложение выгодное — не спорю. Думаю, мы даже согласимся. Отказываться в данном случае будет невежливо.
— А я не хочу родниться с Борецкими, — произнёс я. — Вероника, конечно — ничего, но у меня другие планы. С Белозёрскими мы давно сотрудничаем, мы — соседи и хорошие партнёры. Скорее всего, я приобрету долю в их компании. Почему бы с ними не заключить брак? А Борецкие нам кто?
— Ты что, Тёма? — с упрёком посмотрел на меня Николай.
— Нам предлагает породниться великокняжеский род! Хорошее приданое, наследство… Да и вообще, представляешь хоть, как мы поднимемся в глазах остальных князей? А Белозёрские никуда не денутся. Вон, дядь Ген, у тебя дочь растёт, сосватаем. А такой шанс, который тебе предлагают, выпадает нечасто. Да и Голицыны постесняются к нам лезть.
— Понять бы, что Ростислав задумал, — произнёс дядя Гена. — Ему известно о ваших с Вероникой отношениях. Не факт, что он отказ примет.
