— Я не допущу, чтобы Голицыны дальше нас терроризировали, — произнёс я твёрдо. — Я сделаю всё возможное, чтобы эти ублюдки ответили за свои преступления и прекратили свои грязные дела.
— Это хорошо, — кивнула Мария, — потому что они тоже заинтересовались тобой. Скоро Голицыны придут с предложением сотрудничества. Или попытаются принудить тебя к нему тем или иным способом.
— Для них это ничем хорошим не кончится.
Мария усмехнулась:
— Будем надеяться.
Почти до самого утра мы сидели и обсуждали вопросы, касающиеся внутренней и внешней политики.
В основном разговор шёл о необходимости сохранить единство государства и разрешить те противоречия, которые копились десятилетиями и которые привели страну к угрозе раскола.
Оказывается, многие великие князья, особенно, западные, не видели разницы между союзом с Москвой и союзом, например, с Литвой и Польшей, хотя разница была огромна. Вот только последствия ощутят в первую очередь не князья, чей уровень жизни, скорее всего, не сильно изменится, а простое население, которое может лишиться государственных пособий, пенсий и прочих социальных программ, обеспечиваемых Союзом.
Если Союз распадётся, не будет и космической программы, что сделает нас во многом зависимыми от Иранской империи и Турции, некоторые крупные научные исследования тоже придётся свернуть. И в конечном итоге, пострадают все. Если сейчас Союз — более менее независимый игрок на мировой арене, то в будущем ситуация может сложиться, как в западной Европе, где последние лет семьдесят существует множество разрозненных полунищих королевств и герцогств, постоянно друг с другом конфликтующих.
"
"Одним словом, страну необходимо удержать от развала. Но проблема в том, что нынешний канцлер под влиянием Голицыных действительно собирался втянуть СРК в войну с Урало-Сибирской Федерацией, и это лишь усугубляло ситуацию. Этого тоже следовало не допустить. Тут я был согласен с Марией на все сто процентов.
Лёг я спать лишь под утро. Устроился в отдельной комнате на просторной кровати и быстро вырубился.
Но скоро меня разбудил звонок. На часах было шесть десять утра. Звонила мама. Она предупреждала меня о том, что в поместье идёт обыск. Явились агенты УВР, арестовали Николая, перевернули вверх дном всю усадьбу.
В десять часов она позвонила снова, сказала, что УВР уехало, и я обещал, что постараюсь скоро быть дома.
Мария позвала меня завтракать, а после завтрака она с кем-то связалась по телефону и сообщила, что пока опасность мне не грозит.
