Наследник ищет дом

Шутка ли, оно даже призраков невидимых распознаёт! Так что ему до какого-то барона, пытающегося скрыться за световыми эффектами молота?

Резко сделав шаг вперёд, я ударил прямой ногой в грудь барона. Он попятился. Свет вокруг меня стал не таким концентрированным, я смог расслышать гул толпы…

С силой дёрнув вправо тришулой, я вырвал молот из рук барона. Тяжёлое оружие отлетело в сторону, и свет тут же померк. Барон мгновенно потянулся к своему браслету-оруженосцу, чтобы вернуть молот, но я не дал ему это сделать.

Я выпустил всю собранную в тришуле энергию, преобразовывая её в магию тьмы.

Три тёмных потока слились в один и ударили в грудь барона. Он закрылся руками и отчаянно сопротивлялся, напитывая покров энергией, лишь бы не пропустить тьму в своё тело.

Ха-ха… забавно. Если говорить поэтично, человек передо мной и так погряз во тьме. Так чего же противится тьме истинной?

Поддавшись вперёд, я сократил разделяющее нас расстояние и врезал тыльной стороной трезубца по рёбрам барона. Эта сторона тоже была заточенной.

Если бить таким образом, мою тришулу можно и как алебарду использовать.

Защита барона просела.

Тьма моего артефакта проникла в его тело.

Противник рухнул на задницу и в ужасе уставился на меня.

— Пожалуйста, пощадите! Я сдаюсь! Прошу вас! — закричал он.

Трибуны притихли.

— Убей его! Бейтесь до смерти! — пронёсся над ареной взбудораженный голос царевича.

Я надавил кончиком зубьев на шею Артемьева. Барон задрожал и попятился. Его энергетическое поле переполнял ужас.

— Нет! Смилостивитесь, Ваше Высочество! — закричала на трибунах жена Артемьева.

— Клянёшься ли ты, что не позволишь своему роду вредить мне? — спросил я громко, глядя в огромные от ужаса глаза барона.

— ДА! ДА! ДА!!! — закричал он, кивая, как болванчик.

От этого действия он порезал себе шею о лезвия трезубца и в ужасе попятился назад.

— Чего ты ждёшь⁈ Убей его! — вновь заорал в микрофон царевич Дмитрий.

Я повернулся в сторону главной трибуны и уставился на него.

— Ваше Высочество, — обратился я к нему ровно.

Толпа на трибунах притихла. — Неужели вы желаете омрачить праздник в честь Вас и Её Величества кровью труса, который и так молит о пощаде? Моя рука не дрогнет прикончить этого барона. Но нужно ли нам всем это, Ваше Высочество? Вы представитель древнего рода, наделённого великой силой! Рода, который светит ярко, точно путеводная звезда. Рода великодушного и величественного. Мне кажется, невместно резать трусов на глазах у столь выдающихся людей, как Ваше Высочество.