Мне ужасно захотелось съесть гонконгскую вафлю с шоколадной начинкой и нарезанными кусочками киви. У меня даже слюна выделилась от предвкушения, хотя раньше я за собой такой любви к этому десерту не замечала, да и к киви была равнодушна, но желание только усиливалось, а когда я вышла из такси около центрального входа, так и вообще заставило меня идти прямо к фудтракам. И только когда я получила свой стаканчик с вожделенной вкуснятиной, я пошла прогулочным шагом в сторону розария. Август – самый лучший месяц городского лета.
В сентябре я собиралась в отпуск – вместе с Тоней поехать в Питер, покататься по каналам и поесть пышек, но теперь какой уже отпуск?! Все накопления пойдут на свои потребности. Тогда я еще не знала, что и со съемной квартиры меня попросят съехать буквально через неделю, но сейчас была солнечная теплая погода, и я с урчанием кота откусывала большие куски от вафли и прожевывала, зажмурив глаза.
Так и шла по дорожке, не обращая ни на кого внимания, пока не врезалась в мужскую спину, размазав по белой футболке жидкий шоколад.
– Ой, – произнесла я виновато, открыв наконец-то глаза. След некрасивым пятном явственно выделялся на белой ткани.
Мужчина обернулся сразу, отрываясь от своего телефона и уставился на меня. Я удивленно раскрыла глаза, вдруг узнав такие милые ямочки на щеках.
– Вот это встреча, Саня! Как в старые добрые времена! – весело произнес молодой мужчина и вдруг схватил меня в объятия, подняв над землей. Я весело захохотала, а потом принялась выпутываться из крепких объятий Ника.
– Сань, ты работу прогуливаешь? Или в отпуске? Я как раз собирался тебе звонить. Я же вернулся только вчера. Я…
– Замри, Ник, – я остановила тираду друга. Улыбка не сходила с моего лица. Я приподнялась на носочки и крепко его обняла. – Я ужасно рада тебя видеть!
– Вижу, – хохотнул Ник, а потом отстранился и одним движением стянул футболку, оголяя свое великолепное накаченное тело. А я задумалась, почему мы с Никитой только дружили? Почему я никогда не смотрела на него женским взглядом? Нет, я, конечно, смотрела и рассматривала красавца, но у меня никогда не было урагана эмоций…
«Как в ту ночь», – добрый внутренний голосок сразу напомнил о грехопадении.
Но что тут отрицать – это правда. Никита не вызывал у меня ни одного даже малюсенького гормонального всплеска. Даже обидно, мы ведь просто идеально понимали друг друга, словно брат и сестра.
– Прости, измазала тебя, – повинилась я, возвращаясь в реальность из мыслей. – Давай постираю.
