Березин со знанием дела делится с Яном своими впечатлениями, а малыш с восторгом слушает и кивает в ответ.
Забросив сначала Даяна в детский сад, потом меня на работу, Ярик еще раз обещает, что успеет приехать на собеседование с нянями. Сомневаюсь, если честно. За ночь навалило столько снега, что мы еле сюда доползли. Дорожные службы уже расчищают, но движение на городских дорогах все равно сильно затруднено.
— Настя, там тебя такой сюрприз ждет, — шепчет коллега, встретившая меня в холле офисного здания.
— А еще шеф собирает планерку через час. У него для нас супер важные новости.
— Отлично, — киваю ей. — А ты куда?
— Курить, — шепчет и показывает характерный жест двумя пальцами пару раз прикладывая их к губам.
— Оштрафует, — напоминаю ей.
У нас с этим строго. Начальство борется с вредными привычками сотрудников, которые убивают ими свое рабочее время. Радует, что в туалет пока можно ходить не по расписанию, но судя по тому, как со всех сторон он закручивает гайки, мы и до этого скоро дойдем.
Здороваюсь с остальными девчонками, успеваю сделать себе кружку горячего чая, чтобы согреться с улицы. Осматриваю свой стол и не понимаю, про какой сюрприз говорила Катерина.
— Семенова, — в нашем отделе появляется сам шеф. — Скажи своим мужикам, что у нас здесь серьезная организация, а не цветочный магазин. Чтобы я этого веника завтра здесь не видел!
— Какого ве…, — поворачиваю голову в сторону небольшого столика с журналами и флаерами. — Мама… — мне становится плохо от вида огромного букета из белых роз, стоящего в синем пластиковом ведерке.
— Насть, — ко мне подбегает Катя. — Настя, ты чего?
— Кто их привез? — спрашиваю онемевшими губами.
Девчонки подставляют стул, чтобы я не рухнула на пол. Шеф не предает значения моему состоянию и просто уходит.
— Курьер, — отвечает Катя. — Я за тебя расписалась. А отправитель не указан, — щебечет она, поглаживая меня по волосам. — Тебе может врача, Насть? Или домой отпросишься. Ты белая вся.
Прямо как эти цветы.
— Нет, — отрицательно качаю головой.
Поднимаюсь. На негнущихся ногах подхожу к ведру с цветами. Мне так страшно к ним прикасаться, будто на них яд, а я тотчас умру, стоит ему попасть на кожу.
Хватаю ведро, стараюсь не дотрагиваться до тонких высоких стеблей. Выношу на улицу этот «сюрприз» и переворачиваю в мусорку вместе с водой. От нее во все стороны разлетается пар. Морозный воздух превращает капельки воды на белых бутонах в лед.
