— Даша, это не одно и то же. Сколько у вас месяцев воздержания?
— Третий пошел. Четвертый…
В памяти всплывают все наши горячие ночи и безудержный секс. А сейчас Зен будто и правда боится ко мне прикоснуться. Может, я действительно зря себя накручиваю по поводу его помощницы?
— Встань у зеркала и представь, что ты изголодавшийся по любимой жене муж, который хочет ее трахать. Там, наверное, и покрепче слово подойдет, за четыре-то месяца воздержания. Вот как бы ты себя вела, если нельзя и есть риск навредить любимой женщине и неродившейся дочери? А зная, как Зен паникует из-за детей и чуть что таскает вас по обследованиям.
.. Вот и делай выводы.
— Есть доля правды в твоих рассуждениях, есть… — тихо бормочу я. — Но тогда и риск измены есть. Финансовый директор у Дамианиса — ну просто загляденье. И что мне делать?
— Ничего. Подождать и быть ласковой. По возможности чаще работать ртом и меньше истерить.
— Не могу меньше. От природы иной раз не уйти.
Слышно, как во двор въезжает машина.
— Все, Ася, мне пора.
Муж приехал.
— Давай, — смеется подруга. — Созвонимся в полночь по вашему времени.
Я захлопываю крышку ноутбука и подхожу к окну. Наблюдаю, как Зен глушит двигатель, но не торопится выходить. Сидит за рулем почти минуту и смотрит перед собой, выглядит очень напряженным. Потом забирает подарки, цветы и идет в дом.
У меня тоже есть подарок. Главный. Его я позже продемонстрирую. На себе. Но если сказанное Асей правда, то Зен ко мне не прикоснется до родов. Какой кошмар!
Спускаюсь по лестнице и обнимаю мужа.
Его губы касаются моих, но не сливаются в поцелуе, мы будто просто дыханием обмениваемся.
Дети тоже тут как тут. Все ждут папу. Что в рабочей обстановке, что в семейной Дамианис — образец спокойствия, выдержки и понимания.
Получив свои подарки, Лея и Эмиль расходятся вскрывать коробки. Я ставлю цветы в вазу и жду, когда Зен примет душ и переоденется. У нас сегодня абсолютно семейный праздник. Все как всегда и при этом как будто иначе. Ведь уже скоро нас станет на одного человека больше.
***
— Аромат невероятный! Сколько вкусностей, — говорит Зен, оглядывая стол. — С чего бы начать, м?
Раньше он начал бы с меня. Обнял бы так, что дух перехватило. А сейчас держит дистанцию. Словно боится лишний раз на меня посмотреть! Нет, так не пойдет!
Хочу в лоб спросить, в чем дело, но вместо этого усаживаю за стол и решаю сперва покормить. Разборки оставим на ночь.
Я зову детей, няню, Зен открывает шампанское.
