От мысли, что я могла бы так же потерять свое сокровище, боль электрическими импульсами разлетается по всему телу.
— Если тебе необходима компенсация, она будет. А пришел я сказать, чтобы ты собирала вещи и летела домой. С Ларссоном нужно оборвать все связи. Мы со своей стороны подчистим, будто ты вообще с ним никогда не работала и даже не была знакома.
— Что?.. Зачем?..
— Просто. Собирай. Вещи. И. Уезжай.
Во взгляде Леона такая угроза, что на спине от страха выступает пот и футболка начинает липнуть к телу.
— Зен прислал тебя сказать, чтобы я улетала?"
"— Я сейчас дружеский совет даю, — игнорирует Леон мой вопрос.
— И готов оплатить все затраты и потери. Другого случая принять помощь не будет.
— Твой брат попросил сказать мне эти ужасные вещи? — повышаю голос, который звенит от злости.
Леон делает шаг, приближаясь. Выглядит он еще более устрашающе, чем в первые мгновения нашей встречи.
— Что непонятного я сказал?
— В том-то и дело, что ничего понятного! — сокрушенно качаю головой.
Эмиль, кажется, тоже не в восторге от грозного вида Леона, он копошится и хнычет.
Младший Дамианис опускает на него глаза, слегка прищуривается, разглядывая моего сына.
— Он здоров?
Странный вопрос.
— Абсолютно.
— На тебя похож...
— Я хочу получить ответы! — обрываю Леона и убавляю гонор, меняя тактику, раз бойкие заявления не берутся в расчет. — Или хотя бы извинения, а не приказы и подобное неуважение. Моя жизнь только стала налаживаться. Я нашла отличную работу, много усилий приложила для этого, а сейчас все опять с нуля?
— Тебе есть с кем оставить ребенка? — вдруг спрашивает он.
Растерянно киваю.
— В таком случае оставь сына с этим человеком. Мы немного прогуляемся и поговорим.
— Зен тоже будет?
— Это с его подачи тебя отстранили от работы в прошлый раз. И в этот тоже, — дает Леон понять, что беседа состоится без участия старшего Дамианиса.
— Он знает, что я родила, и так жестоко поступает… — прихожу в шок от услышанного.
— В твоем представлении, жестоко. А в его — нет.
Иди, — кивает Леон на дверь. — У меня самолет через два часа, машина уже ждет. Уделить смогу пятнадцать минут.
Я чувствую себя растоптанной и униженной. Думала получить ответы, а в итоге оказалась втянута в новую интригу. Что-то нечисто в этой истории! И я хочу понять что.
Возвращаюсь в номер, отдаю Эмиля няне и выхожу обратно в коридор. Ника, как и несколько минут назад, пытается удержать меня от опрометчивого, по ее заверениям, шага. Глушу в себе возмущение.
