Время позднее, на улице темно, пахнет морем и свежестью. Отчасти я даже рада, что мы с Эмилем будем жить в таком красивом и спокойном месте, пусть и в чужой для нас обоих стране. Удивительно, раньше меня не посещали мысли уехать из мегаполиса, а теперь думаю, что жизнь на берегу моря или океана не самый плохой вариант.
— Поедешь сама? — Открыв водительскую дверь, Дамианис приглашает занять место за рулем, а не с пассажирской стороны.
Я прихожу в смятение. В Швеции после родов я не сразу начала водить. Другая страна, новый статус мамы — стрессов хватало.
Но однажды я просто загорелась идеей снова сесть за руль и поняла, что машина необходима для мобильности и быстрого перемещения по городу. Поездила с Альбертом несколько дней для собственной уверенности, повторно сдала на права и стала присматривать подержанный автомобиль.
— Заманчивое предложение, но все же откажусь. Внимательность сейчас на нуле.
Да я даже дома, если не выспалась, к машине не подходила! А сейчас и подавно — стресс, бессонница, трясущиеся руки и расшатанные нервы.
— Уверена?
— Хочешь, чтобы мы в аварию попали?
Зен и не думает садиться за руль. Просто смотрит и ждет, когда я займу водительское место.
— Я дороги не знаю, — предпринимаю еще попытку.
— Есть навигатор.
Не знаю, зачем соглашаюсь. Но в процессе понимаю, что это было правильным решением. Я больше не погружена в себя и свои мысли, а слежу за дорогой. Мне вообще очень нравится ездить. Особенно на дальние расстояния. Это успокаивает.
— Как провели день? — интересуется Дамианис.
— Хорошо. Лея даже поиграла со мной недолго. Но потом опять сторонилась, словно дикий зверек. Это точно пройдет? Неужели я так сильно ее обидела? Вы с ней об этом говорили? — обрушиваю на Зена поток вопросов.
— Немного, — уклончиво отвечает он, и становится понятно, что ничего хорошего для моих ушей не прозвучит, если разовью сейчас эту тему. — Просто дай ей время.
— У тебя с ней так же было?
— Чуть по-другому. Леон разговаривал с Леей, объяснял, почему я не могу приехать.
Хотя я был против того, чтобы девочка знала, что такое тюрьма.
— Про меня она тоже спрашивала?
— Конечно.
— И что он ей говорил?
Зен молчит.
— Что-то плохое, да?
— Никто о тебе плохо не говорил. Ни тогда, ни сейчас. Лея сама решила, что ее бросили. Когда я вернулся домой, эта ситуация безумно напомнила прошлое. Я даже отчасти вижу в Лее Киру. Разница лишь в том, что моя младшая дочь здорова и ее никто не бросал, просто так сложились обстоятельства.
