Сейчас Ванесса один из лучших юристов Европы. У нее хорошая репутация, она качественно выполняет свою работу.
— И в чем же заключается ее работа?"
"— Не хотелось бы посвящать тебя в чужие секреты, но так сложилось, что я сам стал их частью. В моих успехах давно были заинтересованы, однако стоило всем немного оступиться, как меня прижали к стене. Пришлось идти на уступки и соглашаться на сделку. Не особо выгодную. Но если доведу ее до конца, то для меня откроется больше возможностей.
— А если не доведешь?
— На этот счет в брачном договоре все прописано.
Дети всегда чувствуют своих матерей, особенно когда те нервничают. Так вот, уровень моей тревоги после сказанного Дамианисом взлетает до небес, и Эмиль начинает жалобно хныкать.
— Ему жарко. — Забираю сына и расстегиваю на костюмчике две верхние пуговицы.
Пока Дамианис просит водителя включить кондиционер, я отворачиваюсь к окну и быстро дышу. Не хочу, чтобы Зен заметил, как меня взволновали его слова.
— Ты говоришь загадками. Чем именно ты занимаешься? Может, я могу как-нибудь помочь? — сумбурно продолжаю.
— Уже помогаешь. Ты шикарно выглядишь, дети тоже. Всё на высшем уровне.
— То есть нужно просто создавать видимость красивой жизни? И плевать, что на самом деле я буду испытывать дискомфорт?
— Твоя ошибка знаешь, в чем заключается? Ты слишком эгоистична. Что в прошлый раз, когда не сказала мне о беременности, что сейчас, думаешь только о своей выгоде.
— И о сыне. Это нормально, не находишь? — Голос у меня надтреснутый. — И вообще, о беременности я не сказала, потому что, помнится, ты был сильно зациклен на том, чтобы она не наступила.
— У меня были свои страхи и причины.
— Которые не оправдались, но могли стоить жизни этому чуду. — Глажу Эмиля по голове.
— Я пересмотрел свои взгляды.
— То есть в случае беременности, не будет разговоров о ее прерывании?
— Сначала будет обследование, а потом решим, что делать. Если беременность, конечно, случится. Недавно я принял радикальное решение и даже обсудил с клиникой дату.
— Только не говори, что сделаешь вазэктомию.
Молчание Дамианиса очень красноречиво.
— И это меня ты называешь эгоисткой? В таком случае я требую, чтобы Ванесса внесла в брачный договор изменения. Ты не будешь делать эту процедуру.
Зен улыбается:
— Даже льстит, что ты хочешь от меня еще детей.
— Не сейчас, но, возможно, потом... Мне кажется, ты сам себе придумал ужасные заболевания с последствиями, но забыл, что на дворе двадцать первый век и медицина не стоит на месте.
