Дальнейший путь прошел под монолог Богдана, который начал рассказывать, чего бы он еще отведал и попробовал.
Спустя пару часов среди деревьев показалась деревня.
— Вот и Шировица, дальше речка, там и живет Водяница, — указал рукой Богдан, на что я кивнул и пришпорил коня.
Шировица осталась от нас слева, а мы свернули на небольшую тропинку, но тут Богдан неожиданно протянул:
— Странно, — и я вопросительно на него глянул.
— Смотри, она там вроде одна живет и тропка небольшая, а сейчас вся истоптана.
Когда мы ее отвозили обратно, такого не было. Ее легко пропустить было. Не случилось бы чего…
— Сейчас и увидим, — ответил я.
Спустя минут двадцать мы выехали на берег, где стоял одинокий дом и пара каких-то сараев.
Возле дома находилось не меньше десятка человек, среди которых были и мужчины, и женщины, одетые под стать Агапу и Афиньке.
Так вдобавок ко всему этому двое мужиков были на крыше дома и разбирали ее.
— Никак померла, — протянул рядом Богдан и тут же, заработав мой вопросительный взгляд, начал пояснять: — Ну, как ведьма помирает, крышу дома разбирают, чтобы ей легче на небеса уйти и грехи не помешали.
Ежели не сделать этого, то ее дух навсегда останется в доме и будет пакостить живущим людям.
Я же молча выслушал Богдана и направил коня к толпе.
— Здравы будьте, люди православные, — громко произнес я, привстав на стременах. — Чего это случилось-то? Неужто померла?
— И ты здрав будь, померла. Как есть померла.— Ко мне подошел благообразный старичок, опирающийся на клюку.
— А кто ты, мил человек, что-то я тебя и не знаю.
— Белев, я, живу рядом. Вот сюда ехали, — с горечью произнес я.
— А, стало быть, сынок Владимира, хороший был человек, — кивнул старичок, и тут к нам подошла молодая женщина, скорее, даже девушка.
На мой взгляд, одета чуть лучше остальных, к тому же красивая. Носик аккуратненький, губки цвета вишни, коса до самого пояса, а глаза зеленые и притягательные, так и хочется в них смотреть.
Да и фигурка проглядывалась недурственная, несмотря на несколько слоев одежды.
— А зачем ехали-то? — тут же поинтересовалась девица, даже не поздоровавшись, Богдан тут же нахмурился, а старичок предпочел в сторонку отойти.
— Хм, — вырвался у меня хмык. — Лечила она меня недавно, можно сказать, от смерти спасла. Вот и решил приехать да поблагодарить лично, — медленно произнес я, подбирая каждое слово."
"— Не получится, но ты это и сам уже понял.
