Наследник рода Раджат – 17. Финал

Он уже понял, что оказался практически в той же ситуации, что и Каспадиа. Прямым текстом по телефону Кишори этого не сказал, но намеков набросал немало. В том числе и на то, что у него есть определенное влияние на Организацию. Ту самую, которая убила предшественника Лапанья в этом теле и похитила его родовой камень.

Плясать под дудку бывшего главы ИСБ Лапанья не собирался, но и проигнорировать его просьбу о встрече не мог. Надежда, что удастся обойтись малой кровью и все-таки вернуть свой родовой камень, была."

"Сейчас, глядя в холодные глаза безопасника, Лапанья понимал, что шансов у него нет.

Когда официант принес чай, Кишори положил на стол какой-то артефакт, и их окутала серая пелена изолирующего купола.

— Могли бы попросить меня, — хмыкнул Лапанья.

— Не стоит утруждаться, — отмахнулся Кишори. — Артефакты работают ничуть не хуже.

Лапанья лишь пожал плечами и налил себе чая.

— Итак, господин Кишори?

— Прежде всего, дайте слово, что наш сегодняшний разговор останется между нами, — потребовал бывший глава ИСБ.

— Нет, — спокойно ответил Лапанья.

Кишори нахмурился. Настолько быстрой и спокойной реакции на стандартную просьбу он не ожидал.

— Надеетесь использовать информацию против меня? — хищно оскалился Кишори.

— Не собираюсь заранее связывать себе руки, — равнодушно парировал Лапанья.

Он держал лицо и старался не то что не показывать, а даже не испытывать каких-либо эмоций. Лапанья понимал, что Кишори он не ровня. Бывший глава ИСБ десяток таких, как он, сожрет и не вспотеет.

Но и сдаваться без боя Лапанья не собирался.

— Жаль, я хотел поговорить напрямую, — хмыкнул Кишори. — Но нет так нет. Тогда мне остается только повторить то, что я уже говорил вам по телефону. У меня есть определенное влияние на Организацию. Я ею не управляю, но выйти на значимых людей могу. И могу поспособствовать вам в ваших поисках родового камня.

— Или помешать? — усмехнулся в ответ Лапанья.

Он намеренно шел на обострение, прекрасно понимая, что Кишори утопит его в намеках, дай только волю.

— Или помешать, — слегка улыбнулся Кишори.

— Нейтралитет невозможен? — уточнил Лапанья.

— Нет, — холодно бросил Кишори. — И раз вы не хотите понимать намеков, я скажу прямо. Судьбу вашего родового камня буду решать я. У меня для этого есть все возможности.

— Плясать под вашу дудку, как Каспадиа, я не буду, — так же резко ответил Лапанья. — Пусть лучше мои дети станут простолюдинами.

Кишори уважительно кивнул.