Наследник (СИ)

Савелий Данилович сначала проявлял изрядную скромность, стеснение перед генералами и разными чиновниками, с коими приходилось мне иметь дело, но освоился, тем более, что был дворянином. Теперь, по крайней мере, все мои встречи регламентированы, составляется календарь, наладилась переписка, документооборот. Мне достаточно сказать, чтобы Савелий отписал на завод, либо в какой полк и он, понимая проблему, вполне грамотно составляет бумаги. Бернхольс так же при мне, но тут скорее помощь в решении личных вопросов, к примеру, вовремя послать цветы Екатерине, или подобрать правильный туалет, подарок, выезд.

В этом отношении он стал оспаривать свое место с Христиан Август фон Брокдорфом, что с приемлемым результатом заканчивал работу с голштинскими беженцами, поток которых сокращался. Но для этого дельца есть авантюра через годик, справится, так и в ближний круг войдет. Но, через годик.

Оказался я достаточно суровым по местным понятиям «пруссаком» - тут многое, что связано с порядком называлось «прусским».

Ввел понятие «внутреннего приказа», который обязателен к исполнению. Уволил семь сотрудников, которые только числились таковыми, не появляясь на службе, а жалование получавшие.

Прибегнув к помощи Академии наук, привлек восемь молодых человек – математиков и уже два месяца обучал их вопросам, где и что проверять в полках и ведомствах, как именно могут красть деньги и на каких этапах. Я сам учился этому и учил своих фискалов. Думал даже вызвать Румянцева из Нижнего Новгорода, чтобы тот на пальцах объяснил проблемы обеспечения войск, но обошлись и Апраксиным, который с видом вселенской скорби, принялся рассказывать, каким образом интенданты работают.

Вполне толковый товарищ, ему бы поменьше спеси, жажды денег и лени и был бы толк. Точно не полководец, но работать, если «волшебного пенделя» дать, умеет.

Когда я проникся работой интендантов, в том числе пообщавшись с командованием преображенцев, семеновцев, ингерманландцев, ввел обязательство использовать накладные, которые должны быть подотчетны и в полку и в интендантстве.

Периодически эти документы, как и численность полков, чтобы «мертвых душ» не было, должны проверяться моими математиками. Да, это не исключает воровства, но это новый уровень коррупции – научно-интеллектуальный, когда нужно и хорошо считать и уметь со многими договариваться. Ранее же как – нужна солонина для солдата, да в полном объеме – занеси из полковой кассы рубликов пятьдесят интенданту, так тот и расстарается.