Наследник, скрывающий свой Род

— Но вы ведь согласны с тем, что это человек умер во сне, не почувствовав боли? — настаивал я.

Он скрипнул зубами и ничего не ответил.

Не хочет признавать, что согласен со мной.

— Полагаю, монстрам плевать на усыпляющий яд внутри тел.

— Так и есть, — буркнул Игнатов. — Человеческие яды на них не действуют.

— А стало быть, кто-то сначала усыпил всех на КПП, а затем каким-то образом призвал монстров в наш мир из аномалии. Ну либо этот кто-то, в отличие от Корпуса Стражей, знал точное время прорыва.

— По косвенным признакам мы можем предугадать приближение прорыва, — хмуро проговорил Игнатов, глядя на тело.

 — В этой аномалии его и близко не ожидалось. Бывают, конечно, стихийные прорывы. Но, Максим! — он ожёг меня взглядом. — На то они и стихийные, чтобы никто о них не знал!

— И всё-таки кто-то подготовил монстрам сцену для выхода, — проговорил я холодно. — Кто-то был уверен, что голодные твари сожрут спящих дежурных, а значит, и улики. А затем эти твари бросятся в сторону трассы.

— И устроят там кровавую бойню… — проговорил Игнатов, а затем хмыкнул.

 — Слишком сложно для того, чтобы просто устроить бессмысленную бойню, Максим. Если только…

Он замолчал, ему в голову явно пришла какая-то идея.

— Вот-вот, — хмуро согласился я. — Следует узнать, проезжал ли в это время по трассе кортеж какой-нибудь важной шишки или нет.

Несколько секунд Игнатов хмурился, буравя меня взглядом. Затем резко спросил:

— Ты злишься, Максим?

— Я вне себя от ярости.

— Почему?

— А вам непонятно? Люди убивают людей — это норма.

Монстры убивают людей — это тоже норма. Но люди, убивающие людей монстрами? Это из ряда вон.

— Твои слова звучат отталкивающе, но с сутью я согласен, — криво усмехнувшись, проговорил он.

Постояли, помолчали.

— Максим… — проговорил граф Игнатов спустя тридцать секунд. — Ты ведь понимаешь, что наш разговор должен остаться между нами?

И смотрит на меня так, будто пытается проникнуть прямо в мозг.

— Ничего не буду обещать по этому поводу, Алексей Михайлович. Но и болтать о произошедшем направо и налево я не собираюсь.

Он недобро нахмурился.

Я ответил ему тем же.

Игнатов тяжело вздохнул и проговорил:"

"— Ну хоть так. В любом случае надеюсь на твоё благоразумие, Максим.

— О, будьте уверены, благоразумия у меня на десятерых хватит, — усмехнулся я.

* * *— Привет, проходи, — Кристи встречала меня в моих же апартаментах улыбкой до ушей. Она нарядилась в красное платьице в белый горошек, удачно подчёркивающее её тонкую талию и богатую грудь.