Наследники предтеч 4

А если вспомнить, что цивилизация на этой планете гибла неоднократно и ее, скорее всего, каждый раз возрождали все три вида (иначе о них уже давно бы забыли) — мы зачем-то необходимы друг другу. Или, в худшем случае, одни виды нужны другому. И не может ли оказаться так, что гибель цивилизации становилась неизбежна уже после исчезновения всего лишь одного из разумных видов?

Шли годы. Мы продолжали существовать: здесь, в местах, где, по словам самозваных уриасар, люди выжить не способны. Наверное, в каком-то плане нас действительно можно назвать извращенцами.

Мы не ушли и даже не пытались: те слабые поползновения можно не считать. Свободные изменились: и внешне, и по сути. Но мы уже не вымирали, более того, население начало потихоньку расти. Медленно, с провалами, когда случались серьёзные эпидемии, но верно. Каждый новый взрослый был шагом в будущее, очередной маленькой победой.

Драконы, хотя и остались жить на острове, но теперь активно общались с остальными свободными.

Благодаря лекарствам и репелленту теперь они могли больше времени проводить вне пещер, в результате обзавелись крепкими лодками и каждый лунный месяц приплывали в Волгоград для обмена и торговли. Город стал не только медицинским центром, но и площадкой для тех, кто хочет продать или купить товар, узнать новости и даже просто пообщаться. Селение волгорцев стало настоящей столицей не только союза племён, но и всех свободных.

Цезарь умер в середине одиннадцатого года, лишь чуть перешагнув девятилетний возраст (примерно в двадцать пять земных лет).

Но в свои девять он выглядел старым. Организм не выдержал постоянных болезней, огромной нагрузки, которую давала окружающая природа, износился и одряхлел. Волосы поседели, лицо покрылось морщинами, фигура деформировалась.

Мужчина прожил короткую, но насыщенную жизнь. Он до самой смерти работал врачом в Волгограде. Помогал людям, спасал детей… и хоронил тех, кого не удалось вылечить. После гибели Цезаря осталась его семилетняя жена с маленькой дочкой на руках и вставшим на ноги сыном.

Ещё одна девочка к тому времени уже перешагнула двухлетний рубеж. К сожалению, сына Цезаря нам спасти не удалось — он погиб, как и многие другие дети. Но младшая дочь выжила — в результате у Юли было утешение в виде двух внучек. Двух наследников из восьмерых родившихся (как и раньше, у человеческих женщин дети появлялись парами, и один, более крупный ребёнок, был обречён).