Наследники предтеч 4

Они не ощущают удовольствия непосредственно от процесса — зато потом чувствуют прилив сил, быстро поправляются и получают моральное удовлетворение из-за одобрения окружающих и осознания своей силы воли и разумности — то есть суммарное поощрение перевешивает страдание, хоть и растянуто во времени. Но это пока. Через несколько курсов лечения сознательное стремление к боли может закрепиться как бессознательное — и всякая боль начнёт восприниматься как нечто позитивное. И приносить удовольствие.

— И мы превратимся в мазохистов… — задумчиво потянул Илья.

— Именно! Разумеется, если земные законы обучения адаптивных систем верны для наших видов. Одно потянет за собой другое — и люди перестанут различать страдание и наслаждение, — математик сделал паузу и практически озвучил мои мысли: — А самое страшное — такими могут стать не только наши дети, но и мы сами. Потеряв способность адекватно мыслить, мы уже не сможем повернуть процесс вспять — и он продолжит усугубляться. Вплоть до гибели целого народа.

Математик посмотрел на нас и закончил:

— Конечно, это только гипотеза. Возможно, механизм обучения наших нервных систем отличается от земного: тогда этой опасности нет и мучения можно применять и дальше. Но прежде надо убедиться, что это безопасно.

— У тебя очень сильные аргументы за проверку, — заметила Света. — Почему ты не рассказал о них всем?

Игорь небрежно подал плечами:

— Есть причины. Во-первых, не хочу раньше времени расстраивать врачей — вдруг опасность ещё не подтвердится.

Им и так нелегко, каково будет осознавать, что таким действенным методом лечения пользоваться практически нельзя?

— Неважно, — улыбнулся математик. — Так вы согласны, что надо посмотреть на сампов?

— Да, — твёрдо ответил Илья.

И мы его поддержали.

Я долго ворочалась в гнезде, обдумывая гипотезу Игоря — всё равно в ней что-то смущало. А потом резко села, поняв, что именно. Если бы всё было так просто, то любой болеющий человек стал бы мазохистом — ведь лечение часто тоже очень неприятно.

Но такого не происходит — взять хотя бы собственный опыт из прошлой жизни. Неприятное, болезненное лечение не превращает больных в психов… по крайней мере, часть из больных точно остаются нормальными. С другой стороны — аргументы Игоря тоже сильны и от них не получается просто отмахнуться. Так и не придя к однозначному выводу, отложила его на потом. В любом случае, надо проверить, а уже потом решать.