А ратоборец почти оглох и ослеп от стихийной силы, которая бушевала вокруг.
— Брось нож, — приказали ему и для вящей убедительности наступили на руку.
Обережник зарычал, ринулся. Дар рвался из тела вместе со злобой и гневом. На миг перед глазами прояснилось — Фебр прозрел, увидел рядом с собой крепкого парня и ударил еще раз.
Успел заметить, что удар достиг цели — нападавший взвыл, скорчился в сполохах голубого сияния, а потом Фебра повалили обратно в снег. Грудина затрещала, будто поверх уронили каменную глыбу и последнее, что он увидел — летящую в лицо ногу в грубом сапоге.
Она принесла с собой хруст, боль и темноту.
***
Клёна спала в санях, заботливо укрытая овчиной. Гвор устроился рядом. Вместе было теплее. Сверху от непогоды их прятал кожаный покров. Ветер выл и швырялся снегом. Завтра они приедут в Цитадель. Завтра…
Обережник вчера говорил, что Клесха может не оказаться в крепости. Он, де, часто уезжает. Девушке стало страшно. Но ратоборец ласково погладил ее по голове и сказал:
— Не бойся, девонька, не прогонят.
Что ж ты извелась так?
Ему было уже, наверное, за сорок. И Клёне казалось, что мужчина видит ее насквозь. И ее, и ее страдания. Но от него веяло теплой уверенностью и искренней отцовской заботой. Даже мелькнула крамольная мысль — поехать с ним, попросить, чтобы забрал с собой. Только бы не к отчиму. Только бы не туда.
Утро было серым и облачным. Дорогу замело, сани занесло снегом. Гвор провалился едва не по пояс.
— Вот так да… — задумчиво сказал вой.
Клёна молча с ним согласилась.
Ехали долго. Медленно. Лошади едва шли. Девушка даже с надеждой подумала, что наверное, нынче Цитадели не достигнуть. Однако когда выбрались из леса на большак, путь оказался укатанным. Видать, не одни они сегодня в крепость тянулись.
А чуть только впереди появилась каменная стена и над ней, возносящаяся в облачное небо остроконечная башня, у Клёны сжалось сердце.
""Хоть бы его не было, хоть бы его не было, хоть бы его не было…"" — молилась про себя девушка, а сама тряслась, будто от холода.
Что ему сказать? Как в глаза глядеть? Что он ей скажет? Развернет от порога…
Сани въехали на широкий двор. Тут уже стоял обоз, пришедший, видать всего на пол-оборота раньше. Купцы гомонили, распрягая лошадей. Бегали служки, помогали разгрузить сани, кто-то смеялся, кто-то спорил. Среди заезжих ходил и скрипучим голосом распоряжался старик с жидкой бороденкой.
Гвор помог девушке выбраться из саней.
— Обожди тут покуда.
