Наследница из рода графов Шарторан

Как же, старшая доченька останется старой девой! Нельзя этого допустить! Следует выдать ее замуж как можно быстрее!

– Это постоянное сватовство меня уже достало, – произнесла я вслух. – Ну вот как объяснить родителям, что в другом мире от меня никто не требовал заводить семью и рожать детей? И я не привыкла к давлению?!

– Никак, – пожала плечами послушная дочь Мари. Мои рассуждения были для нее полной дикостью. Она не привыкла расспрашивать или уточнять, всегда выполняла приказы в точности как услышала.

 – Они все равно не поймут. Свет, смирись. Тебя в любом случае выдадут замуж. Папа – близкий друг императора. Тебе подберут жениха побогаче и познатней.

У меня появилось желание повторить сказанную ранее фразу. Но я промолчала, чтобы не заставлять Мари краснеть повторно. Папа – друг императора, поэтому, Светочка, готовься, тебя будут замуж выдавать. Счастье-то какое!

Мне все же пришлось спускаться к столу в обед. После Мари в моей гостиной появилась мать, разахалась, увидев моей состояние, отправила за лекарем.

И к нужному времени я чувствовала себя довольно сносно и способна была дойти до обеденного зала и болтать там ни о чем, старательно изображая из себя простушку.

Конечно же, пришлось переодеться в более скромное платье. Увы и ах. Местное общество не поняло бы земную моду. И потому, с помощью личной служанки, толстушки Риссы, молчаливой тихушницы лет восемнадцати-девятнадцати, я незадолго до обеда обрядилась в изумрудное платье с поясом на талии, небольшим декольте и длиной до лодыжек.

Почти что монашеское одеяние.

Немного оживляло его изумрудное колье в золотой оправе в паре с такими же сережками в форме ромбов.

Прическа по последней моде, легкий макияж, туфли под цвет наряду. И вот уже из зеркала смотрится светская кукла.

По здешним меркам я давно считалась старой девой. И если бы не положение и связи отца, со мной никто не стал бы иметь дело. Надо сказать, меня подобное положение дел полностью устраивало.

Меня, но не моих внезапно объявившихся родителей. Они отчаянно пытались доказать всем и каждому, что я ничуть не хуже других невест, молоденьких красавиц, блиставших на балу.

Папина близкая дружба с императором сразу же закрывала рты всем сплетникам.

Я тяжело вздохнула, правда, про себя, и на невысоких каблучках уверенно зацокала вон из спальни.

Ворсистый ковер на полу в коридоре скрадывал шаги и помогал утеплять дом во время холодов.