Наследница по мужской линии

Граф Рудрейн Коммин, — я послал импульс силы, выводя Руди из состояния комы.

Тот завозился и, придя в себя, резко сел. Помотал головой, окончательно приходя в нормальное состояние и поднял голову. Наши глаза встретились.

— Ты?! — яростно воскликнул он.

— Я. А ты не рад? — поинтересовался я у него.

Руди, молча встал, и спокойно приведя в порядок одежду, также молча взглянул на меня. Видно было, что он просчитал ситуацию, успокоился и теперь ожидал моего решения. Мы с Аланом тоже молча наблюдали за ним. Если вначале я удивился, что командиром «Чёрных волков» является Руди, то теперь я думал, что его толкнуло на откровенно незаконные действия.

Никогда прежде, эти элитные наёмники не брали сомнительные заказы. Теперь понятно, почему были недовольны его люди. И те, что мы захватили сегодня, и те, что попали к нам в плен после нападения на меня.

Так мы с ним и буравили друг друга взглядами, пока Алану не надоело на нас глядеть, и он отдал приказ о возвращении в замок. Наёмников согнали в кучу и под охраной отправили в нашу службу.

А с Руди я хотел поговорить до того, как окажусь в своём кабинете. Поэтому я подошёл к нему и предложил:

— До замка едешь спокойно рядом со мной и отвечаешь на вопросы, как собеседник. И у тебя будет нормальное будущее, но уже не в отряде. Если отказываешься, будешь отвечать в кабинете, как нарушитель. Наказание определит король. Попытаешься бежать — убью. Согласен?

— Согласен, — ответил он, прожигая меня взглядом.

Я кивнул головой, разрешая ему взять коня, а сам подъехал к Алану.

— Брат, ты давно не был здесь, но моя служба всё там же: во флигеле рядом с дальними воротами замка. Будь добр, помоги моим ребятам сопроводить туда арестованных. И можешь возвращаться домой. А я немного отстану. Надо поговорить.

Алан согласился и направился к отряду. Несмотря на поздний вечер, на улице ещё встречались прохожие и экипажи. Поэтому сопровождение сильного мага для арестованных было необходимо. Когда стража герцогини и мои воины, забрав раненых в наёмный экипаж и собрав двоих убитых в другой, двинулись к замку, мы с Руди остались на улице вдвоём.

— Ну, — повернулся я к нему, — рассказывай, почему мой друг стал бандитом.

У Руди заходили на щеках желваки и было видно, что сдерживается он с трудом. Но, спустя несколько мгновений ему удалось взять себя в руки.

— Ты, Ворон, всегда был счастливчиком. И давалось тебе всё легко. Я в академии вначале ещё пытался тянуться за тобой. Но, ты, как заговорённый, пёр вперёд.