Пока жених с невестой беседовали, их сопровождающие достали из приготовленных на кухне корзин легкие закуски. Подкрепившись немного, снова вернулись к разговорам об озере и о старом бурге. Особенно дотошно расспрашивал принца воеводич. Так, что даже воеводина Добыслава посчитала нужным пояснить, словно извиняясь за настойчивость сына. «У нас в воевудство тоже — озерный край. И тоже есть старые места, которые пришлось оставить из-за того, что вода поднялась. Или, наоборот, который нашлись потому, что вода спала.»
Генрих кивал, соглашаясь, что да, наслышан.
А сам с удовольствием беседовал с Мирославом. Сын воеводы, похоже, был искренне влюблен в родные озера и болота и неплохо разбирался в том, о чем говорил. Потому и Генрих отвечал ему честно, насколько позволяли знания. Святилище? Нет, не знает. Может, и было когда-то, но заксы пришли сюда уже после дунцев. Нет, он ничего такого не замечал. Знаки? Да, во-он на том валуне подо мхом должны быть какие-то руны, если воеводичу интересно, ребята покажут.
Либуше только улыбалась, наблюдая горячность родича. А потом просто спросила, можно ли Мирославу в оставшееся до свадьбы время посетить этот остров вместе с волхвом? Подумав, Генрих не стал возражать. Если бы с волхвом собиралась ехать сама княжна, он бы постарался тактично намекнуть, что ее будущие подданные — другой веры. Но если молодому племяннику князя захотелось покатать на лодке старика-жреца, пусть уважит человека. О чем так и сообщил, предупредив напоследок, что мальчишкой облазил с братьями и друзьями этот остров до последнего дерева.
Но ничего такого так и не нашел. «А потом, лет десять спустя, мои приключения повторил самый младший брат», — развел руками кронпринц, — «Но я никогда не слышал от принца Эрика о каких-то находках».
Когда пришло время возвращаться, все снова чинно расселись по ладьям. До малого замкового причала плыть было всего-ничего, поэтому вскоре гости и хозяева раскланялись и разошлись по своим местам. Княжна в сопровождении свиты оправилась в замок отдыхать после прогулки и перед обедом.
А кронпринц повел ладьи обратно к причалу в поместье Принценхауз.
А в уютном особняке Генриха ожидал сюрприз. В уютной гостиной, отделанной резным дубом и светлыми тканым обоями, витал запах кофе и духов Ее Величества.
— Мама, — принц склонился к милостиво протянутой руке. А потом не удержался и расцеловал королеву в обе щеки.
— Кофе? — Лукаво спросила королева Ариана, разделявшая с сыном пристрастие к этому напитку.
