Его сестру я не видела, но она могла затеряться в зале среди других аристократов. Честно признаться, я надеялась больше никогда не видеть никого из них. Но, видимо, алчность наших бывших спутников оказалась сильнее моего желания.
— Моя сестра придерживается траура, ронар, — вступила в разговор Кладира, — и сегодня не танцует.
— Что ж, очень жаль, — все так же приторно улыбнулся обряженный в одежду зеленых тонов Нарон, — о вас ходит слава, как о прекрасной танцовщице.
Я представила себе, как самозабвенно оттаптываю на паркете ноги своему кавалеру, и решила все свое пребывание в столице обязательно «придерживаться траура».
— Думаю, у вас будет время пообщаться, — все тем же светским тоном заявила сестра Селениры, — надеемся увидеть вас у себя завтра вечером.
«Сводница», — с мукой подумала я, заметив торжество в глазах Нарона.
— Обязательно появлюсь, благодарю вас, ронара, — довольный приглашением, потенциальный жених наконец-то откланялся.
— Селенира, — заметил, не поворачиваясь ко мне, Шарон, — не надо так явно демонстрировать свои чувства.
Кладира фыркнула. Я, вместо того чтобы смутиться, уныло уточнила:
— И сколько их еще будет? Этих любителей золота?
Ответом мне послужил угрюмый качок в армейской форме, с другого конца зала целенаправленно направлявшийся в нашу сторону."
"— Обедневший барон, мелкий собственник, с трудом получивший титул аристократа, теперь вот — разорившийся отставной военный, — любезно просветила меня Кладира.
Я раздраженно закатила глаза к потолку, не стесняясь местной знати, а заодно и нужную информацию запомнила.
Получалось, что Нарон и есть «, мелкий собственник, с трудом получивший титул аристократа». Странно. По нему не скажешь, что он совсем недавно «выбился в люди». Очень уж уверенно он себя ведет, так, как будто за плечами не один десяток благородных предков.
— Ронар, ронары, — подошедший военный был высок, нет, конечно, не великан, но выше Шарона чуть ли не на голову. А уж мы с Кладирой и вовсе доставали ему до груди, — рад приветствовать вас…
Мужчина говорил, а я наблюдала за его мимикой.
Он и не пытался скрывать своего отношения к ситуации: презрение ко мне, недовольство необходимым шагом, раздражение, вызванное чем-то еще. В общем, радости в его голосе и позе не было.
— Рады видеть вас, барон, — Кладира, похоже, знала всех и вся при дворе. Ценный источник информации. Именно от нее я позже узнала, что военного звали Донтар. Имя, тяжелое, как и характер у его владельца.
