К концу занятий я чувствовала себя хуже несколько раз выжатой тряпки: не оставалось сил ни на еду, ни на эмоции, да ни на что. Я с трудом передвигала ноги и все, чего хотела, — улечься спать и забыться хотя бы на пару-тройку суток.
— Отвратно выглядишь, — безжалостно сообщила Кладира, встретив меня у спальни. — Вот, держи. — В руку мне ткнулся небольшой стеклянный бутылек с мутной серой жидкостью. — Отвар для восстановления сил. Селенира готовила себе сама, но и я умею его варить. Помогает в подобных случаях.
Я благодарно кивнула, забрала бутылек и закрылась в комнате.
Отвар помог не особо. Горьковатый на вкус, он позволил не свалиться с ног, но сил не очень-то прибавил. Лоран, увидев вечером меня, похожую на трехдневного мертвеца, сочувственно покачал головой и прижал мое усталое тело к своему. Я положила голову ему на плечо, умиротворенно вздохнула.
Следующие три дня мучения продолжились. Я пила приготовленный Кладирой отвар, чересчур много выкладывалась на занятиях и все никак не могла научиться правильно распределять силу.
Зарина ругалась, как сапожник, уворачиваясь от моих огненных шаров, следовавших по одной им известной траектории, грозила карами на мою голову и в очередной раз пыталась растолковать, как же именно нужно колдовать.
Книжечка Селениры, найденная, как и ключ, в потайном ящичке, особо не помогала: там действительно были записаны одни заклинания. Только практика и никакой теории."
"— Поавней поднимай руки, плавней! Не вскидывай их так резко! — снова раздраженно кричала Зарина на четвертый день обучения.
— Да что ж ты силу-то не рассчитываешь?! А если бы не было защиты?! Тут уже стена обуглилась бы!
Я послушно подняла руки так, как меня учили, и под ногами все поплыло. Что за… Я пошатнулась и кулем повалилась на пол, потеряв сознание.
Пришла в себя я от уже знакомого химического запаха, напоминавшего нашатырь. Открыла глаза — Лоран, Шарон, Кладира, почему-то перепуганные. Сама я лежу на постели в своей спальне.
— Наконец-то, — облегченно выдохнул Лоран, — милая, нельзя так пугать!
— С завтрашнего дня все тренировки прекращаются, — сообщил тоном диктатора Шарон.
— Ты почему нам не сказала? — нахмурилась Кладира.
— О чем? — я отчаялась понять, что происходило в комнате.
Троица переглянулась, как мне показалось, недоуменно.
— О твоей беременности, — просветила меня Кладира.
Если бы не лежала, я упала бы там, где находилась.
— О какой беременности? — вопрос получился глупый, но ничего другого в голову не лезло.
