Насмешка судьбы

— Да, именно так она и называлась, и, как я понимаю, этот факт говорит за то, что ты прекрасно знаешь и саму контору, и решение суда по поводу нашего брака.

— Ты так считаешь? — Лоренцо отошел от окна и приблизился к кровати, не сводя с нее пронзительного взгляда. — Если брак признан недействительным, значит, он больше не существует ни на бумаге, ни в жизни. В таком случае, полагаю, ты согласишься со мной, что при условии аннулирования брака я освобождался и от финансовых обязательств перед тобой.

— Естественно, — подтвердила Энжи, не понимая, к чему он клонит.

— Тогда, будь добра, объясни мне, почему я ежемесячно выплачиваю тебе пособие на содержание с того самого момента, как ты покинула Сицилию? — холодно процедил он.

— Пособие? Мне? — недоуменно повторила она, пытаясь понять его слова. — Ты?

— Я ожидал увидеть перед отелем «Лацио» по меньшей мере «бентли», но никак не ту развалюху, на которой ты приехала. С теми деньгами, что я плачу тебе, ты вполне могла бы позволить себе такую роскошь, как личный шофер.

— Не понимаю, о чем это ты? — Энжи нервно рассмеялась. — Последние три года я упорно работаю и полностью содержу себя сама. Клянусь, я никогда не получала от тебя никаких денег.

— Если твои слова правда, значит, все это время кто-то совершал мошенничество в особо крупных размерах.

Энжи недоверчиво покосилась на собеседника. Как ни странно, но он не был разъярен, как полагалось бы в такой ситуации.

— Мошенничество? — Она ужаснулась, когда до нее дошел смысл сказанного. — Но кто? Скажи, кто имел доступ к деньгам?

— Боже, неужели он преступник? — пробормотала она, внезапно почувствовав жуткую слабость.

Лоренцо платил ей содержание все эти годы? Невероятно! И хотя она не получила ни цента из этих денег, само известие стало для нее ударом. Она ненавидела его и ни за что бы не приняла от него никакой помощи, тем более что он ничего и не должен. Сама мысль о том, что Лоренцо считал, что ежемесячно выплачивает ей деньги, была унизительной для Энжи.

— Постой-ка, возможно.

Энжи припомнила пожилого мистера Кимберли, похожего на персонажа романа Чарлза Диккенса. Единственное, чего ему недоставало, так это бухгалтерских перчаток с отрезанными пальцами. Узнав, что бракосочетание состоялось в другой стране, он явно смутился, будто люди не могли совершать подобных церемоний за пределами Ирландии.